Читаем Союз рыжих полностью

"I hope that I may have the pleasure of introducing you to-night.А ваша ставка, Джонс, - человек, которого вы давно хотите поймать.
I've had one or two little turns also with Mr. John Clay, and I agree with you that he is at the head of his profession.- Джон Клей - убийца, вор, взломщик и мошенник, - сказал Джонс.
It is past ten, however, and quite time that we started.- Он еще молод, мистер Мерриуэзер, но это искуснейший вор в стране: ни на кого другого я не надел бы наручников с такой охотой, как на него.
If you two will take the first hansom, Watson and I will follow in the second."Он замечательный человек, этот Джон Клей.
Sherlock Holmes was not very communicative during the long drive and lay back in the cab humming the tunes which he had heard in the afternoon.Его дед был герцог, сам он учился в Итоне и в Оксфорде (*(5).
We rattled through an endless labyrinth of gas-lit streets until we emerged into Farrington Street.Мозг его так же изощрен, как его пальцы, и хотя мы на каждом шагу натыкаемся на его следы, он до сих пор остается неуловимым.
"We are close there now," my friend remarked.На этой неделе он обворует кого-нибудь в Шотландии, а на следующей он уже собирает деньги на постройку детского приюта в Коррнуэлле.
"This fellow Merryweather is a bank director, and personally interested in the matter.Я гоняюсь за ним уже несколько лет, а еще ни разу не видел его.
I thought it as well to have Jones with us also.- Сегодня ночью я буду иметь удовольствие представить его вам.
He is not a bad fellow, though an absolute imbecile in his profession.Мне тоже приходилось раза два натыкаться на подвиги мистера Джона Клея, и я вполне согласен с вами, что он искуснейший вор в стране... Уже одиннадцатый час, и нам пора двигаться в путь.
He has one positive virtue.Вы двое поезжайте в первом кэбе, а мы с Уотсоном поедем во втором.
He is as brave as a bulldog and as tenacious as a lobster if he gets his claws upon anyone.Шерлок Холмс во время нашей долгой поездки был не слишком общителен: он сидел откинувшись и насвистывал мелодии, которые слышал сегодня на концерте.
Here we are, and they are waiting for us."Мы колесили по бесконечной путанице освещенных газом улиц, пока наконец не добрались до Фаррингдон-стрит.
We had reached the same crowded thoroughfare in which we had found ourselves in the morning.- Теперь мы совсем близко, - сказал мой приятель.
Our cabs were dismissed, and, following the guidance of Mr. Merryweather, we passed down a narrow passage and through a side door, which he opened for us.- Мерриуэзер - директор банка и лично заинтересован во всем деле.
Within there was a small corridor, which ended in a very massive iron gate.Джонс тоже нам пригодится.
Перейти на страницу:

Все книги серии Рассказы о Шерлоке Холмсе — 1. Приключения Шерлока Холмса

Приключение «Скандал в Богемии»
Приключение «Скандал в Богемии»

«Для Шерлока Холмса она всегда Та женщина. Я редко слышал, чтобы он упоминал ее как-то иначе. В его глазах она затмевает и повергает в прах весь свой пол. Нет, не то чтобы он испытывал к Ирен Адлер чувство, сходное с любовью. Все эмоции, а эта особенно, были неприемлемы для его холодного, точного и превосходно уравновешенного интеллекта. Он, как я понимаю, был идеальнейшей логично рассуждающей и наблюдающей машиной, какую только видел мир, но в роли влюбленного он поставил бы себя в фальшивое положение. В разговорах он никогда не касался нежных чувств, разве что с презрительной усмешкой и колкостями. Однако наблюдателю они служили отличным подспорьем, чтобы срывать покров с людских побуждений и поступков…»

Артур Конан Дойль

Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия

Похожие книги

Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте
Изображая, понимать, или Sententia sensa: философия в литературном тексте

В своей работе Владимир Кантор, доктор философских наук, заведующий Международной лабораторией исследований русско-европейского интеллектуального диалога Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ-ВШЭ) и ординарный профессор Школы философии того же университета, избирает темой своего исследования сопряжение литературы с философией. На взгляд автора, не было ни одного великого литературного произведения, которое ни находилось бы в напряженном поле философских идей. Вне этого контекста настоящая литература непонятна. Уже диалоги Платона были одновременно и философией, и замечательной литературой. По словам Достоевского, «мысль надо чувствовать». Но для этого в произведении должна быть мысль, должен быть философский контекст. Так шекспировский «Гамлет» непонятен без обращения к текстам Эразма Роттердамского, Пико дела Мирандола, Мартина Лютера, отзвуки идей которых звучат в речах принца. Как говорил Хайдеггер, в поэтических изречениях древнегреческих философов рождается западный мир, его культура, ибо философия и поэзия стоят на разных вершинах, но говорят одно и то же… Задача исследователя – суметь это увидеть, и сообщить увиденное читателю, что можно сделать единственным способом – дать анализ философских смыслов в великих произведениях мировой литературы. В книге рассмотрены тексты Шекспира, Гофмана, Бальзака, Достоевского, Кафки, Вл. Соловьёва, В. Брюсова, Е. Замятина, А. Кёстлера, И. Эренбурга, В. Кормера и других мастеров литературы в философском контексте их времени.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Владимир Карлович Кантор

Языкознание, иностранные языки