Читаем Содержанка никуда не денется полностью

– Эрнестина Гамильтон, ее соседка. Мы вместе снимаем квартиру.

– Почему вы считаете, что мне нужна Берни?

– Ну… они… я… я просто предположила. – Она издала нервный визгливый смешок.

– Фактически, – объявил я, – я хочу поговорить с вами обеими. Берни скоро вернется?

– У нее свидание… вы же знаете, что это значит.

– Вечернее?

– Дневное.

– С утра или после обеда?

– С утра.

– Можно войти и побеседовать с вами?

– Я не одета. В квартире не убрано. Я занимаюсь уборкой после обеда.

– Я большой мастер по мытью посуды.

– В квартире таких размеров вы едва ли сумеете проявить мастерство. Два человека на кухне будут только толкаться. Зачем вам понадобились мы обе?

– Это длинная история, – уклонился я.

– Ну, заходите, садитесь. Берни вы не дождетесь, она явится поздно, а мне надо поспать как следует, но я с удовольствием с вами поговорю, если вы извините меня на минуточку.

Она открыла дверцу шкафа, сдернула одежду с вешалки, юркнула в ванную и заперлась.

Я оглядел кухоньку. Пахло недавней готовкой. Перемытые тарелки были составлены в раковине, но не сполоснуты и не вытерты. В кастрюле на газовой плите дымился кипяток.

Я принялся споласкивать тарелки горячей водой, взял посудное полотенце и начал перетирать.

Только управился, как ощутил позади чье-то присутствие и оглянулся.

Эрнестина Гамильтон сняла очки, надела платье для коктейлей, и в воздухе поплыл головокружительный аромат.

– Силы небесные, что это вы делаете? – изумилась она.

– Что сделано, то сделано, – объявил я, помахивая полотенцем. – А вы что с собой сделали?

– Я всегда переодеваюсь после обеда, – пояснила она. – Это несколько скрашивает однообразие. Я… вы застали меня врасплох. Не стоило вам мыть посуду. Господи помилуй, чего ради? И вообще, кто вы такой? Что вам нужно?

Я аккуратно пристроил на вешалке свернутое полотенце, подошел к диванчику под окном, взял ее за руку и провозгласил:

– Я жажду поговорить. Мне нужна информация.

– Кто вы? Вы… ох, держу пари, офицер полиции… только ни капельки не похожи ни на одного из известных мне офицеров полиции.

– А вам известны многие? – полюбопытствовал я.

– Не очень, – призналась она.

– И где же вы с ними знакомитесь?

– Главным образом по телевизору.

– Вы имеете в виду настоящих копов или артистов?

Она рассмеялась:

– Ладно, сдаюсь.

– Весьма соблазнительно – заметил я, – довести розыгрыш до конца, разрешив вам считать меня офицером полиции, только это не соответствует истине. Я частный детектив.

Эрнестина вытаращила глаза и охнула:

– О-о-о… сыщик!

Я бросил взгляд на стоявший в углу телевизор и отвесил ему легкий поклон.

– За что это? – спросила она.

– За соответствующее воспитание, – объяснил я. – А теперь расскажите-ка мне про Берни.

– Что именно?

– Что она сообщала вам про покойника?

– Насчет убитого?

– Да.

– Я… м-м-м… А почему она должна была сообщать мне что-нибудь?

– Как вам известно, абсолютно глухие в отелях не служат. Значит, им досконально известно обо всем, что творится. Поджидала его Ивлин Эллис в то утро или нет?

– Как ваше имя? – спросила девушка.

– Дональд.

– А дальше?

– Вполне хватит Дональда.

– Никак не могу раскусить вас, Дональд.

– И не пытайтесь, – посоветовал я. – Расскажите про Стэндли Даунера.

– Никогда в жизни его не встречала.

– Знаю. Расскажите мне то, что вам докладывала о нем Берни.

– Почему вы считаете, будто она мне о чем-то докладывала?

– Долго объяснять.

– Нельзя ли все-таки получить объяснение?

– Хорошо, – сдался я. – Вы интересуетесь людьми. Вас интересуют всякие вещи, но нельзя сказать, что душа у вас нараспашку. Вы не принадлежите к числу тех девушек, которые бегают на случайные свидания и позволяют мужчинам себя лапать. Когда вы одариваете мужчину своей дружбой, это кое-что значит.

Она удивленно уставилась на меня и через минуту спросила:

– Как… каким образом это все связано с Бернис?

– Да просто забавная складывается ситуация, – разъяснил я. – Бернис – ваша прямая противоположность. Она предпочитает плыть по течению. Мужчины для нее мало что значат, разве что в качестве сопровождающих. Она ведет свою игру. Нынче вечером прогуливается с одним, завтра с другим.

Эрнестина прищурилась и констатировала:

– Вы действительно детектив. Вывели это все из того факта, что я, открыв дверь, сразу предположила, будто вы пришли повидать Бернис. Предупредила, что ее нет, прежде чем вы спросили. И все для вас стало просто как дважды два. В вашем распоряжении оказались факты – я вас не знаю, подумала, будто у Бернис свидание с вами и она попросту перепутала и назначила на один день две встречи… вам осталось лишь подсчитать, сколько будет дважды два.

– Хорошо, – сказал я, – а откуда, по-вашему, мне все стало известно? Благодаря телепатии?

– Вы… читаете мои мысли.

– Я не читаю ваших мыслей, – возразил я. – Я изучаю характер. А теперь еще кое-что насчет вашего образа жизни. Вы довольно-таки одиноки. Вечерами сидите тут, почитываете книжки, но главным образом смотрите телевизор. Не пропускаете ни одной программы, среди которых у вас есть излюбленные. Вы предпочитаете копов, ограбления и частных сыщиков. Могу поспорить, вы переживаете вместе с ними от всего сердца.