Раздвигаются дальше лучами границы,

И желание верить, творить и мечтать

Не дадут скорлупе, слишком хрупкой, разбиться.

Что однажды в ночи любопытный юнец

Отодвинул заветную с краешку щелку,

И увидел, что есть у вселенной конец,

И что вся она входит на кончик иголки.

И все – все, что содержит она – все внутри.

В нас внутри, целиком, и ни мало ни много.

И когда тебе плохо – то просто замри

И прислушайся. Это – звучание бога.

Может выдумки, может иллюзия снов,

Все хотели бы знать, но вот только – когда бы?

Может в этом заложена мудрость веков,

Философия сказочной курочки рябы?

Может то, что запрятано было в яйце -

Смерть чего-то, что длилось всегда, бесконечно?

Может в складке у глаз на любимом лице -

Отражается путь удивительный млечный?

Еще много чего про нее говорят,

А я слушаю стук неуемного сердца,

Закрываю глаза, представляю цыплят

И любви океан за скорлупочной дверцей.

И тогда, замыкая по кругу кольцо,

Я вдыхаю любовь, чтоб с другими делиться.

Говорят, что вселенная наша – яйцо,

И мы все в ней живем, чтобы снова родиться.

Вас снимают

Так бывает – ты проснешься

После долгих зимних лет,

Диву дивному даешься:

Кто подслушивал сюжет?

Может, фильм про нас снимают?

Жизнь вдыхая в чистый лист,

Вдохновенье догоняет

Кино-экшен-сценарист?

Оператор киноленты

Смонтажировал мечты.

Режиссер считал моменты,

О которых знал лишь ты.

Это фильм про нас снимают,

Оскар бронзовый дадут.

Восхитятся и подарят

Заключительный салют.

И пока в банкетном зале

Не сошла с орбит Земля —

Поздравляем, вы в финале!

Улыбнитесь, вас снимают.

Вас снимают с корабля.

Самое честное зеркало

Если бы дали заглянуть

В самое честное зеркало —

Там, где луна видна насквозь

И светятся звезды днем,

Там, где отчетливо виден путь,

Там, где винить некого,

Там, где в огромной бездне слез

Есть лишь один простой вопрос.

Если бы дали заглянуть —

Что б ты увидел в нем?

Если бы дали заглянуть

В самое честное зеркало,

Где отражается лишь суть

Помыслов и души,

Где не удастся обмануть,

Где мысли разложены на молекулы,

Не позволяют улизнуть,

Или списать на кривизну,

Сможешь смотреть, скажи?

Если бы дали заглянуть

В самое честное зеркало,

В то, что нельзя никак разбить,

И не смотреть нельзя,

Сможешь потом уснуть?

В отражение, где только что искрой бегало

И закручивалось в тоненькую нить,

То, о чем невозможно говорить,

То, что не увидят чужие глаза,

То, что лишь только сам ты можешь определить,

Ты бы узнал себя?

Душа

Если хочешь узнать – слушай.

Расплескались мои дела.

Людям бог раздает души,

А моя давно умерла.

Как ледышка в руках застыла —

Бесполезно теплом дышать

Уронила, чуть не разбила.

Бедная ты моя душа.

Я ее одеялом грела,

Травяной предлагала чай.

Колыбельные ей пела,

Уставала всю ночь качать.

Я и в землю ее сажала

В тот горшочек цветочный твой,

И из леечки поливала,

И присыпывала золой.

Я и к морю ее возила

Чтоб лучи свой дарили свет,

И по паркам гулять водила,

И показывала рассвет.

Я вопрос задала шаману —

Он сказал, что в живых нет.

И у нищего по карманам

Я пыталась найти ответ.

Заворачивала в книжки

И обрызгивала вином,

Целовалась, меняла стрижки

И на крышах гуляла с котом.

Я молитвы читала – без толку,

Я мешала со сказкой быль.

И поставила на полку

Пусть стоит, я сотру пыль.

А потом я по переулку

Как-то вечером вдруг иду

Вижу он.

– Есть что ценное в сумке?

– Ничего. Лишь душа во льду.

– Значит верной идешь дорогой.

Ты не бойся ветров и стуж.

Далеко есть музей, где много

Одиноких забытых душ.

Там бедняжки живут и маются

Всех оставили, но зато

Кто приходит – тот восхищается

Замороженной их красотой.

Может даже придут срисовывать,

Может даже пришлют портрет.

Может даже заплатят дорого

За ту душу, которой нет.

Там на полочках льдом раскрошенным

Укрываются души, спят.

И не жалуются, что брошены,

И с чужими не говорят.

Отнеси и поставь в лед ее.

Значит самое место там.

Но вцепилась я хваткой мертвою

Ни за что. Никому. Не дам.

Обняла я ее, стылую

И умыла слезой любви.

Ну давай же душа, милая,

Ну пожалуйста оживи.

Даже если ты зря верила —

Все равно продолжай дышать.

Жизнь с тобой мы вдвоем меряем

Ты ведь все же моя душа.

И случилось тогда дивное

Полилось по груди тепло

Обмахнуло меня крыльями

И ромашками расцвело

Целовало веснушки солнышком,

Дуновением ветерка.

Есть хоть капля любви на донышке —

Ты живая еще пока.

Двери

Стучалась муха о стекло,

Штурмуя смело мир оконный.

Ее прозрачное крыло

Шум создавало монотонный.

Открытой форточки квадрат

От мухи вовсе не был спрятан.

Вот так и ты бываешь рад

Не видеть то, что выход рядом.

Стучали капли о карниз,

Как слезы по щекам – по стенам.

И падали они лишь вниз,

К земле тянулись неизменно.

И смысла нет сидеть и ждать,

Что может что-то поменяться —

Ведь падать легче, чем взлетать.

И падать легче, чем подняться.

Десятки лет в одну лишь дверь

Опять рука моя стучится.

Ну вот сейчас, ну вот теперь

Толкнуть нажать – и отворится.

Стучалась раз, стучалась два

И тысячи путей забыты.

Я миллионы раз права,

Так почему же дверь закрыта?

И вроде проще поменять,

Но год пройдет, зима и лето,

И завтра я приду опять

Стучать, и не дождусь ответа.

И пусть я муха на стекле

И пусть я капля в океане —

Наступит день средь сотни дней,

Он обязательно настанет.

Увижу я, увидишь ты —