Читаем Синева небес полностью

— Я не знаю, следует ли мне говорить об этом, — сказала Нагиса доверительным тоном, — но мне кажется, что он на вас очень рассчитывает. Уно-сан сообщил мне при встрече, что получил от вас булочки. Он просто счастлив. Он сказал, что такое лакомство ел только в детстве, потом ничего подобного даже не видел. Он словно хотел, чтобы я передала вам его слова. В тюрьме сладкого не дают. Похоже, что даже для тех, кто на воле сладкого не любил, в заключении сладости — предел мечтаний.

— Там не дают сладкого?

— Сладкое — это роскошь, удовольствие, поэтому заключенным сладости не положены.

— Получается, что его лишают сладкого в наказание, — заметила Юкико, склонив голову.

— Нет, это неверно. Чтобы стать человеком, необходимы другие меры. Например, строгое воспитание. Нельзя постоянно хвалить ребенка, как это делала его мать: «Фут-тян, ты очень хороший мальчик», «Фут-тян, ты очень умный. Просто учителя не понимают этого»… Но он все равно страдает от одиночества. Его бросили все, поэтому я думаю, что вы совершили прекрасный поступок, послав ему передачу.

«Фут-тян, ты очень хороший мальчик», «Фут-тян, ты очень умный» — эти слова из интервью с матерью Фудзио поместили все газеты и журналы.

— Представляете, с каким нетерпением он теперь будет ждать от вас передач, если вы станете посылать их постоянно? Вы уже поняли, что нужно положить в них, чтобы у него поднялось настроение. Бывают дни, когда он чувствует себя одиноким и беспомощным, а иногда ему, наверное, кажется, что своей поддержкой вы пытаетесь вынудить его признаться во всем, — продолжила Нагиса.

— Тогда я и дальше буду носить ему передачи!

— Хотя Уно-сан и не сказал мне этого, но мне показалось, что он еще симпатизирует сержанту Хигаки. Других следователей он поносит последними словами, а о Хигаки-сан не говорит ничего. Но в полиции принято распределение ролей на «хороших» и «плохих». Есть следователи, которым безотчетно веришь. Возможно, Хигаки-сан по складу характера идеально подходит на роль «доброго» полицейского.

— Он получил мое письмо? Я отправила его на имя начальника полицейского управления.

— Письмо Уно-сан получил и был очень рад ему. Он сказал мне, что вы совершенно не знаете жизни, поэтому читаете ему мораль, как учительница начальных классов. Однако при этом вид у него был счастливый.

— Вы не будете возражать, если я попрошу вас передать ему еще одно письмо?

— Конечно, нет. Он сможет прочитать его, если я прижму листок к прозрачной перегородке в комнате для свиданий. Но мне кажется, что если вы уж начали писать ему открыто, то надо так и продолжать. Хотя письма, естественно, перлюстрируются.

— Меня совершенно не волнует, читают мои письма или нет.

— Это, конечно, мое мнение… Может, я не права, но мне кажется, Уно-сан скрывает еще что-то. Я так думаю не потому, что начиталась статей в прессе. Он сказал: «Сэнсэй, не принимайте мое дело близко к сердцу, я ведь все равно отправлюсь прямиком в ад». Тогда я спросила: «Вы считаете, что за убийство маленького Кэна вы заслуживаете ада?» Тогда Уно-сан ответил: «Я даже не думал об этом маленьком мерзавце». Наверняка, за этим стоит что-то, как вы считаете? — спросила Нагиса, как бы желая узнать мнение Юкико.

— Все может быть. Этот человек будет лгать, изворачиваться, ради того чтобы скрыть правду. В этом он очень искусен, не то что я. Он пытается придать своим историям правдоподобность, чтобы показать, какой он умный.

— Потом он сказал, что не убивал тех девушек, чьи тела нашли на дороге и под обрывом. Когда я спросила, за что он их так невзлюбил, он объяснил это так. В случае с дочерью владельца компании «Продукты Симады» дело было в слишком плотно закрытой крышке на банке с вареньем, которое производит эта компания. Банка никак не открывалась! Он сказал, что узнал об этом от вас. Правда, что из-за этого умерла ваша соседка? Уно-сан словно хочет сказать: «Я желаю, чтобы все знали — из-за этой крышки на банке погибла старушка!»

— Как такое может вызвать ненависть к этой семье? Действительно, однажды моя соседка не смогла открыть банку с вареньем, поэтому обошлась корочкой хлеба. Но зачем же мстить изготовителям варенья?! Если трудно открыть крышку, то в другой раз лучше просто не покупать этот продукт! Это не повод убивать дочь владельца компании!

— Вы правы. «Не убий!» Просто он пришел в ярость. Он заявил мне: «Хозяева фирмы, наверное, никогда не открывают за завтраком банки с вареньем, так что они, скорее всего, даже не знают, что производит их фирма!»

Что касается продавщицы из торгового центра, то причины его неприязни были почти те же. Он спросил ее, как пройти в какой-то отдел, и она отправила его на другой этаж. На поверку же вышло, что отдел находился рядом с ней. Уно-сан возмущался: «И мне пришлось из-за этой дуры таскаться по всему центру! Я-то ладно, а если бы на моем месте был пожилой человек или инвалид? Хоть это и не мое дело, но мне кажется, что в торговом центре должны только радоваться, что избавились от столь бездарной продавщицы».

— Он намерен высказываться в том же духе и на допросах, и в суде?