Читаем Сила есть Право полностью

Где бы ни накапливались человеческие стада, там по-прежнему правит "победивший вождь", однако, не без завистливой и немощной оппозиции. Везде он повелевает под той или иной маской, но это вынуждает его заботиться и о том, чтобы его сила не подтачивалась древоточцами благословенного утопизма — основанного на многочисленных голосах гнусных, вульгарных и испорченных созданий. Тирания коллективного гуманизма действительно только вредит.

"Прописной политический предрассудок современности" (также пишет Спенсер) заключается в "божественном праве парламентов и подразумеваемом божественном праве большинства".

Превосходство жизненной храбрости над набожным сном, над литературой, догмами, законами и традицией должно быть отважно провозглашено и агрессивно поддержано, как было это во время оно. Горе вам, сильные, если попадёте вы под копыта топочущей, блеющей, обезумевшей черни. Ха! — "Вероломство и смертельные западни вы должны встретить с боем, неся разрушение".

"Выживание сильнейших" — научный перевод "viæ victus" героического века. Ужасным и жестоким может показаться это робким душам, но это соответствует природе. Ни законодательные постановления, ни богомольные заклинания не могут исказить или отменить его. Оно может быть искривлено в сторону или отметено на время, но лишь на время, равно как река может быть перепружена построенной плотиной. Вода не будет течь дальше, пока дамба не наполнится до краёв, а затем с оглушительным грохотом и рёвом она перехлестнёт через край и в конце концов сметёт препятствие.

Десять заповедей и "да будет так" — бастионы из грязи, которые на протяжении веков упадка напрасно возводятся против неодолимого потока естественных событий. Рано или поздно эти слабые барьеры падут или будут просто преодолены, как река преодолевает дамбу. Кардинал Ньюман[238] метафорически описывает церковь в Англии как "прочную плотину", и на самом деле он говорит с проницательностью. Все клерикальные идеи есть "прочные плотины". Они могут продержаться одно столетие или двадцать, но в конце концов они рухнут. Искусственные препятствия не могут существовать вечно, потому что если бы они могли, то разъедаемые язвой древние цивилизации никогда бы не были побеждены, потому что у них тоже были свои прочные плотины, то есть боги и храмы, политика черни, этика черни, философия черни.

Законные и духовные баррикады не способны надёжно защитить вырожденцев от суда, который они сами на себя навлекают, и которого они в высшей степени заслуживают.

Каждый народ, который был низложен, был низложен справедливо. Какой ужасной кучей червей была бы эта земля, если бы «цивилизованные» народы прошлого не погибли? Если бы природа позволила им жить, размножаться и продолжать свой «прогресс», проще говоря, свою греховность, то какой зловонной клоакой она бы стала? Каким бы стало ближайшее будущее, если бы войны и чума не приходили, сжигая современные инфернализмы и очищая воздух?

Следовательно, полное уничтожение слабых родов находится в полном соответствии с высшей мудростью, и, независимо от того, принимаем мы это лично или нет, оно должно упорно продолжаться. Нет ничего несправедливого, ничего сверхприродного, ничего дьявольского в уничтожении мерзости — чтобы создать пространство для "здоровых телом и духом".

Из этого ясно, что в любой области жизни меньшая сила должна быть свергнута большей, что (в интерпретации) значит: сила есть право, абсолютное, несдерживаемое. Этот первостепенный вывод может быть полностью доказан документами истории, жизненными фактами и научными открытиями. "Закон жизни, — как пишет Бенджамин Кидд,[239] - всегда был одним и тем же с самого начала, это непрерывная и неотвратимая борьба, непрерывный и неотвратимый отбор и подавление". То, что утверждение "сила есть хозяин" требует демонстрации, уже само по себе является доказательством ментальной и моральной извращённости, которая распространилась по миру. Как бы то ни было, "век, в котором мы живём", не является "веком просвещения и прогресса", но — веком тьмы, замершего развития и психического паралича. Возможно, теологии и интеллектуализмы нашего времени есть не что иное, как магический обман. Мы можем (к примеру), исступлённо представляя себе "прогресс и просвещение", на самом деле быть опутанными чарами на нисходящем пути, который ведёт нас к окончательному вырождению. Также воображаемый процесс может быть частью сложного механизма, который облегчает падение — падение в преисподнюю. Официальная статистика показывает, что расовое вырождение (начавшееся века назад как следствие ультранатурализма) продолжается сейчас в потрясающих масштабах.