Читаем Сила есть Право полностью

Следовательно, бери своё золото, землю и власть любым способом. Если заплутаешь и собьёшься с одного пути, попробуй другой. Там, где есть воля, существует тысяча путей. Если изношенные и проторенные следы умышленно препятствуют тебе, прорубай, не колеблясь, новую дорогу через джунгли — для себя. Никогда не бери в расчёт проповедников и редакторов. Они наняты, чтобы ослепить и остановить тебя. И прежде всего не следуй за большинством, ибо оно скатывается вниз, только вниз по via del mortes[250] в бездну бедности, цепей и позора. Не отступай, не поворачивай ни влево, ни вправо, но маневрируй. Не проси ни утешения, ни сострадания. "Умереть смертью" лучше, чем сдаться и погибнуть — атакуй своего завоевателя. "Не отказывай в благодеянии нуждающемуся, когда рука твоя в силе сделать его". Но при этом будь честен и возвышен, никогда не забывай, что храбрость (которая включает в себя все остальные добродетели) есть высшая мудрость — и материальный успех есть высшая цель мужчины. "Ввысь взойти должен ты или споткнуться — покориться или стать победителем — стать наковальней или молотом".[251]

Борьба и завоевание — здесь и сейчас, узри же! — завтра ты умрёшь! ты умрёшь! — и это есть твоя цель. Пусть идеал Наполеона станет твоим. Наполеон был Дарвином, восседающим на коне. Обращаясь к оборванной и голодной итальянской армии, он произнёс такие слова: "Солдаты! Богатство ждёт вас внизу на плодородных равнинах — (равнинах Италии)… Так что же, у вас не хватает силы духа и отваги?" События доказали, что у них не было недостатка ни в силе духа, ни в отваге.

Поэтому награбленное в Италии, в том числе и хранившиеся в великом Венецианском банке сокровища, было разделено между ними. И абсолютно везде главенствовал такой же подход, и он всегда будет главенствовать. Эта земля существует для того, чтобы её брали, а золото — чтобы его загребали,[252] и слава, и сила, и песня для храбрых, для отважных, для сильных — и ни для кого более. Следовательно, будь Наполеоном — не будь Христом.

Бери свою собственность любым методом, который покажется тебе самым лёгким. Обращаясь к экономическим терминам, "покупай власть в самом дешёвом магазине и продавай её в самом дорогом". Удовлетвори свои надежды на жизнь, как делают это львы и орлы, то есть по направлениям, где сопротивление наименьшее — так же, как это делают растения, что растут в тёмном погребе. Они жаждут достичь солнечного света самым прямым путём.

Презирай все кичливые советы о том, что правильно, а что неправильно. Решай сам для себя, что правильно, а что неправильно. Получай собственность честно, если ты можешь, но помни, что "бизнес есть бизнес". ("М-р Сесил Родс под непрерывным пятнадцатиминутным огнём захватил и увёл стадо скота".[253])

Жизнь есть жизнь, а поражение есть ад. Подчиняйся своему внутреннему голосу! Он никогда не заблуждается. Это твоя подлинная душа. Будь Дарвином в действии. Совершая благородные поступки, не мечтай о них всю свою жизнь.

"Моральные принципы", — говорите вы! Что есть морализмы, если они парализуют ваш мозг и руку? Не являются ли они искусственными человеческими постановлениями, к тому же ещё и освящёнными, но вовсе не естественными, достойными уважения, необходимыми и истинными? Моральные кодексы — чёрный террор презренных трусов.

Этические принципы христианства, судя по ежедневному развитию, есть принципы насмехающегося, подлого, лицемерного дьявола — если дьявол есть.

Читатели должны чётко понимать, что сексуальная мораль никоим образом не осуждается на этих страницах. Во всех сексуальных отношениях (как и во всём остальном) «мораль» есть то, что диктует сила. Женщины были хрупкими существами и в свои лучшие времена, и, возможно, в глубине своих сердец они хранят неограниченное количество любовников. Для благополучия вида и для сохранности потомства они должны содержаться в полном подчинении. Мужчина пленял и содержал их, а охранять их необходимо, чтобы держать "на цепи", как это было всегда. Горе ему, и горе им, и горе нашей расе, если когда-нибудь эти любвеобильные создания освободятся от подчинения и станут правителями или хотя бы равными мужчине. (Но это невозможно.) С древнейших времён мужчина пленял свою жену силой или хитростью, и до сего дня он делает то же самое. Свадебные церемонии символизируют его право собственности — его добычу. Свадебное кольцо есть звено цепи, эмблема того, что доисторический новобрачный сажал на цепь свою «любимую» в пещере и держал её так до тех пор, пока она не становилась ручной, послушной и отвечающей взаимностью.