Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

– Дайте-ка угадаю, вторая или третья вещь, которую ваши люди сделали, это убрали все пергаменты и письма, не так ли? Прибежали и увидели произошедшее, проверили, можно ли помочь Тарлетону, а затем прошлись тут Собирающими чарами и Скорджифаем. Вот почему все по-прежнему покрыто сажей и хлопьями пепла, хотя вся бумага и осколки от взрыва исчезли. Но Тарлетон проработал здесь всего пару лет. Если бы пергаменты, прибывающие сюда, были столь важны, чтобы их немедленно убрать, прежде чем кто-либо увидит или украдёт их в суматохе, ему бы даже не разрешили их увидеть.

Гермиона указала на стену с пустыми ячейками, а затем на разрушенные клетки с совами.

– Разумеется, сюда поступало и отсюда исходило много информации. Но наиболее конфиденциальные письма совами доставляют прямо к получателю, а не в такую комнату. У нас дома, в министерстве, подобное помещение предназначено для обработки и сортировки общих запросов или жалоб… Ничего, что нужно было бы немедленно уничтожить.

Она снова повернулась к Тинегар.

– Но у Совета есть кое-что, чего нет в Министерстве… Множество способов сбора информации, порождающих огромный поток пергаментов. Списки покупок, фанатские письма и разговоры о чае – плюс иногда важное письмо о секретном заговоре. Так почему же сотрудник низкого ранга будет перебирать секретные документы? Ну, когда у вас есть тысяча секретных бумаг в день, вам придётся использовать сотрудников низкого уровня. Их задача отсортировать все, что выглядит важным, и передать выше.

Тинегар покачала головой.

– Ничто из этого не важно, даже если бы это было правдой. Вы здесь не для того, чтобы выяснять, как работает Совет, или шпионить за нами.

Её голос был полон гнева и, возможно, беспокойства.

– Я здесь не для того, чтобы шпионить за вами, вы правы, – согласилась Гермиона. – И мне жаль, если кажется, что я лезу в ваши дела.

Она подошла к Тинегар, её шаги были лёгкими, но глаза были полны решимости.

– Но только в этом месяце бомба, похожая на эту, чуть не убила меня. Она находилась в сумке, так же близко ко мне, как вы сейчас, и если бы я была на несколько секунд медленнее… – она указала на выжженный пол.

Американка снова нахмурилась и проговорила с желчью:

– Да, я читала об этом. Как я помню из газет, фракция Малфоев доставляла вам немало хлопот.

– С тысяча девятьсот девяносто третьего года. Они были в подполье шесть лет, и за это время часть людей перешла от нас на их сторону. Нарцисса и Драко умны, и у них есть ресурсы… Они ворвались в Гринготтс, и они ограбили Отдел Тайн в Министерстве, а я никогда бы не подумала, что любая из этих вещей возможна. И они не переставали искать поддержки… Публиковать информационные бюллетени, запугивать волшебных существ и вообще быть опасной неприятностью. Нам всем было трудно с этим справиться.

Гермиона почувствовала, что её голос стал немного напряжённым.

Она свисала с края крыши, её плечо болело, а запястье было зажато в руках светловолосого мальчика.

– Он прибежит помочь мне, но сначала он использует Люминос на нас обоих, точно. Тебе нужно меня отпустить. Ну же, отпусти, Драко, отпусти, ты можешь одолеть его, нам нужно победить, Драко!

Гермиона быстро заморгала.

– Довольно много проблем, да.

– А сколько друзей вы потеряли? – спросила Тинегар, многозначительно глядя в угол, на коричневатые пятна. Она знала ответ.

– Несколько получили ранения, многих запугали, но это первый раз, когда они отняли жизнь, – призналась Гермиона. – Они никогда не делали ничего подобного до этого месяца, когда они устроили покушение на меня и Гарри в Лондоне. Я была – да и сейчас остаюсь – удивлена, что они пошли на подобное. Я полагала, что Драко перестал быть тем мальчиком, которого воспитывал его отец. Я, честно говоря, едва могу поверить, что он мог бы отнять жизнь случайного свидетеля.

Тем более мою жизнь.

– Это действительно очень не похоже на то, что я знаю о поведении клана Малфоев. Люциус бы никогда не прибег к чему-то столь грубому или бессмысленному, каким бы ужасным он ни был. Знаете, похоже, это убийство вообще не имело цели, кроме как запугать нас, – эти слова были произнесены с нажимом.

Она же не имеет в виду… ох!

– Действительно, – сказала Гермиона. – Это злобное и жестокое преступление, и вы попадаете прямо в руки Гарри Поттера и его Договора о сохранности жизни, тем более что на мою жизнь тоже покушались. У нас один и тот же враг, так давайте будем на одной стороне! – она говорила это с демонстративным отвращением, глядя на Тинегар.