Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

Медицинский центр Джона Сноу и Школа Сомнения (Тауэр)

Сейчас

Боль вытеснила всё, и Гарри не знал, сколько он корчился под Круциатусом Беллатрисы Блэк. Эта боль выходила за рамки любого физического страдания: она не передавалась по нервам, а воплощалась на совершенно ином уровне. Само его существование стало агонией.

Наконец, всё прекратилось, и Гарри обнаружил себя на полу, на некотором расстоянии от того места, где всё началось. Его переместили. Он весь промок, его била дрожь, горло саднило от криков, которых он даже не помнил.

Вторая Беллатриса читала заклинания, отрезающие их от Раскрытия Расширений. Она делала это так быстро и плавно, что Гарри пришло в голову, что она могла бы справиться с каждым из его союзников, если бы те рискнули выйти в коридор.

Его мучительница нависла над ним, безумно улыбаясь.

– Маленькие куколки мертвы. Твоя глупая грязнокровка мертва. Я убила её. Твои авроры мертвы. Теперь ты скажешь, где Тёмный Лорд, или я начну играть с остальными.

Гарри попытался успокоить дыхание, сдержать слёзы. Он отстранился, закрыл глаза. А через мгновение пристально посмотрел на ведьму.

– Мне жаль. Я хочу, чтобы ты это знала. То, что случилось с тобой, не должно было случаться ни с кем, и мне очень жаль, что так вышло. Мы поможем тебе.

Веселая ухмылка сползла с её лица, сменившись скукой, а в её глазах, полных тьмы и крови, читалось презрение.

– Помощь не понадобится, дружок. Тебе не выбраться.

Гарри снова закрыл глаза.

– Я знаю. Я думал… Думал, что другие могли бы справиться, работая вместе, занять моё место. Думал, что мог бы освободиться. Возможно, когда-нибудь так и будет. Но иногда человеку достаточно везёт или достаточно невезёт занять некоторое место. Стать сутью вещей. Когда-то у меня был друг, феникс, который говорил, что нельзя отказываться от подобного.

– Ты говоришь как мой Лорд, – сказала вторая Беллатриса. Та, что стояла над Гарри, кивнула, на её лице мелькнуло восхищение. – Но ты всего лишь маленький жалкий гомункул, и пришла пора преподать тебе урок.

– Негодный мальчишка, – усмехнулась нависающая над ним ведьма, ткнув палочкой ему в грудь. – Пора, пора, пора.

– Прости, Беллатриса. Я не принимаю этого, – сказал Гарри.

Она усмехнулась, но затем потрясённо остановилась, пошатнувшись на месте. По груди расползалось кровавое пятно.

Беллатриса Блэк издала булькающий звук. Широко распахнув глаза, она ловила ртом воздух, будто пытаясь что-то сказать, но так и не произнесла ни слова. Склонив голову набок, она нахмурилась, пытаясь что-то понять.

Сзади неё на пол упала мантия невидимости, и Гермиона Грейнджер вытащила ладонь из спины Беллатрисы, кровь брызнула ей в лицо. Беллатриса упала, словно сломанная кукла.

– Нет! – закричала вторая Беллатриса, поворачиваясь и поднимая палочку, но дождь проклятий из-за спины Гермионы сбил её с ног, заглушив крик. Оглушённая, связанная, немая и парализованная, Беллатриса Блэк повалилась на пол, на её лице застыло удивление, ярость и ненависть.

– Я нашёл способ сжульничать, – сказал Гарри.

– Мистер Поттер! – крикнул Пип с другого конца коридора. Поддерживаемый Джей Си Крейм, он двинулся вперёд. Они шли следом за Хиори, которая не спускала палочки с обеих Беллатрис. Её лицо было мрачным, но не таким мрачным, как обычно.

Гермиона кивнула Гарри и опустилась на колени рядом с Беллатрисой. На её поясе висела сломанная палочка, двух дюймов на кончике не хватало, вместо них обнажилась сердцевина из жилы дракона.

Гермиона вонзила два пальца в собственную левую руку и вырвала оттуда запасную палочку, это зрелище заставило Гарри поморщиться. Чтобы спасти жизнь безумной ведьмы, она приложила палочку к её груди и начала читать заклинания, исцеляющие рану.

Гарри вздохнул и лёг на пол. Он просто тихо лежал и улыбался. Улыбался вопреки всему.

Он знал, что там, вне зоны видимости, на пересечении северного и южного коридоров, стоял вход в Тауэр. Ярко блестящий золотой овал, зафиксированный на месте невероятно прочно.

Это был мир Гарри, и в нём случалось невозможное.

≡≡≡Ω≡≡≡

ЮПИТЕР: Признай свою вину, ужаснись ею, вырви её из себя, как гнилой зловонный зуб. Иль бойся, чтоб море не отхлынуло перед тобою, чтоб не иссякли источники на твоем пути, чтоб не рухнули на твою дорогу камни и скалы, чтоб земля не разверзлась под ногами твоими.