Читаем Шараф-наме. Том I полностью

После этого 'Иваз-бек некоторое время пребывал в рядах эмиров шаха Тахмасба и, присоединив к Хошабу округ Албак, несколько лет владел [теми областями] в качестве наместника кызылбашей. Когда он умер, после него осталось, пять сыновей: Хусайн-Кули-бек, Шах 'Али-бек, Хамза, Хасан и Будак.

Что касается Хусайн-Кули-бека, то в правление султана Сулайман-хана Гази после завоевания Бидлисского вилайета ему был пожалован на правах санджака округ Карджиган[887]. Позднее он был смещен, /303/ отправился в Диарбекир и там умер. После него остался один сын по имени Байандур-бек, который на основании указа покойного султана владеет на правах санджака крепостью Нуван, относящейся к Хою, с того дня когда она была завоевана.

Шах 'Али-бек некоторое время был эмиром [племени] махмуди на правах наместника шаха Тахмасба. Позднее он был убит мирлива Албака Хусайн-беком б. Амира-беком. После него остался единственный сын по имени Халид-бек, которому в настоящее время принадлежит на правах санджака район Чорс[888].

[Третий] сын ['Иваз-бека] Хамза-бек после гибели своего брата на основании указа шаха Тахмасба вместе с племенем махмуди признал власть Дилу Пири, которому был передан пост эмира махмуди. Позднее [люди племени] махмуди убили Дилу Пири, а Хамза-бека поставили на правление. Шах Тахмасб насильственно залучил его к себе и посадил в тюрьму. Некоторое время спустя он освободил его из заточения и определил вместе с группою знати [племени] махмуди на службу к Хаджжи-беку думбули. Позднее он и знатные [племени] махмуди были убиты в Хое Хаджжи-беком. Управление [племенем] махмуди шахским диваном было передано Хан Мухаммаду б. Шамсаддину б. мир Хамиду. Несколько дней спустя правитель Вана Шах 'Али-султан Хусайни схватил Хан Мухаммада и заточил в Ванской крепости; земли и вилайет [племени] махмуди шахским диваном были пожалованы [племени] думбули.

Племя думбули после аширата мам-рашан[889], немногочисленные отряды которого засели — один в крепости Акче-кале, а другой — в крепости Хошаб, целиком с покорностью прибыло на службу к Хаджжи-беку. Хан Мухаммад каким-то образом освободился из заточения в Ване /304/ и добрался до отряда [из племени] мам-рашан, что находился в Акче-кале. Услышав об этом, часть племени махмуди поспешила к нему на службу, и однажды ночью, воспользовавшись темнотою, [Хан Мухаммад] в сопровождении проворных молодцов внезапно напал на Хаджжи-бека думбули, который стоял под крепостью Ашут, и нанес ему поражение. Хаджжи-бек был ранен и, претерпев тысячу злоключений, поспешил укрыться в крепости. Много людей племени думбули погибло в той схватке.

Хан Мухаммад отправил человека в Диарбекир к здешнему эмиру эмиров Рустам-паше и засвидетельствовал покорность и послушание двору султана Сулайман-хана Гази. Когда об этом стало известно шаху Тахмасбу, он составил на имя Хан Мухаммада и послал ему грамоту на управление [племенем] махмуди. Позднее должность правителя махмуди диваном шаха Тахмасба была утверждена за Хусайн-беком. Хан Мухаммад добровольно отказался от управления махмуди и удовольствовался местом под названием Акче-кале. Кроме того, османским диваном ему было определено ежедневно сто акче из казны Диарбекира, и он был в рядах мутафа-риков Вана. Прожил [Хан Мухаммад] долго и на границе с кызылбашами во имя османцев засвидетельствовал [свое] мужество и отвагу. У него четыре (?) сына: малик Халил, мир Шамсаддин и Саййид Мухаммад. После смерти отца среди братьев разгорелся спор из-за Акче-кале. Малик Халил погиб от руки своего брата. [Другой] сын по имени Саййид Мухаммад еще при жизни родителя умер, и в настоящее время место отца в Акче-кале занял [третий] сын [Хан Мухаммада] по имени мир Шамсаддин — юноша, наряженный в убранство из дарований и мужества.

Амира-бек б. мир Хамив

После смерти 'Иваз-бека /305/ управление племенем махмуди было передано ему кызылбашским диваном. Когда между Улама такалу и правителем Бидлиса Шараф-ханом начались военные действия, Амира-бек в день битвы оставил ряды Шараф-хана и присоединился к войску Улама. Но там тоже он не проявил большой искренности и повернул поводья своих устремлений на служение к шаху Тахмасбу. Об этом стало известно султану Гази Сулайман-хану. Направляясь от зимних становищ Багдада на завоевание Тебриза, в летовках Уджана[890], куда прибыл Амира-бек с новым изъявлением покорности султанскому двору, государь обитаемой части света послал за ним одного из слуг двора. В соответствии [со словами]: “Изменник — [всегда] трус” — курды государева чауша убили и приготовились к сражению. Весть об этом разнеслась по всему августейшему лагерю. Со всех сторон бросились на [Амира-бека], людей его перебили, а его с несколькими друзьями схватили и доставили в диван. В ту же минуту ревностный блюститель закона султаната казнил его в диване, и после него осталось два малолетних сына: Мансур-бек и Зайнал-бек.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги