Читаем Шараф-наме. Том I полностью

Привязанность жителей тех районов к шейху возросла за сто крат, и по [их] просьбе шейх вместе с младшим братом, которого именовали Шихабаддином, примкнул к аширату сувайди в Ханджуке и стал владетелем тех районов. Там основал он могучую крепость и закончил [ее строительство]. В течение некоторого времени был он предводителем того племени и затем отбыл в мир жизни будущей. Детей мужского пола после него не осталось, и за дело правления взялся его брат Мир Шихаб. [Ниже] с помощью вечного владыки — Аллаха упоминаются по порядку имена тех его потомков, которые правили в том вилайете.

Эмир Джалал б. эмир Шихаб

После смерти-отца он поручился за дела эмирата и долгое время оными занимался. Под конец он ответствовал судьбе: Я готов, и его место заступил его сын эмир Мухаммад и тоже после нескольких лет, посвященных им тому важному делу, отбыл в мир вечности. Наследовал отцу его законный сын /256/ эмир Фахраддин. Красотою [своей] справедливости и правосудия превратил он тот вилайет [в край] населенный и процветающий.

Когда же из этой обители тщеславия прошествовал он во дворец наслаждения, за дело власти взялся его сын эмир Хасан. Был он мужем бесстрашным, жестоким и кровожадным и в конце концов утратил зрение. Бразды правления попали в могучую десницу его старшего сына мир Фахраддина. Другой его сын по имени мир Мухаммад был наряжен в убор великодушия и красоты и украшен талантами и совершенствами. Обстоятельства его [жизни] свидетельствовали о его доблести и мужестве, а на челе его упований виднелись знаки человечности и великодушия, ибо сказано — стихотворение:

Солицеликую пери скрыть невозможно,Закроешь дверь ты — она появится через окно.

Оставил он [своих] друзей и страну и направился на службу к Узун Хасану в Диарбекир. Удостоившись чести лобызания порога того высокодостойного государя, он снискал монаршие милости и щедроты. [Государь] пожаловал ему титул эмира Ханджука и Чабакчура[788]. [В отношениях] между братьями дело дошло до применения меча и копья. После многочисленных схваток мир Мухаммад был убит, и управление безраздельно и беспрепятственно утвердилось за мир Фахраддином. После нескольких лет правления он отправился в мир иной. Поскольку достигнувших совершеннолетия сыновей у него не было, его место заступил его племянник.

Абдал-бвк б. эмир Мухаммад

После смерти своего дяди он украсился ожерельем власти. Тем временем под предводительством правителя Чабакчура Икут-оглы против Абдал-бека выступили кызылбаши, намереваясь покорить Ханджук. Семь дней и ночей меж ними продолжалось сражение, /257/ и много народу от обеих сторон стало добычею стрелы и меча. Под конец божественное споспешествование снизошло на обстоятельства Абдал-бека, и шелк знамен его ощутил доносящееся от истоков[789] [божественной] милости дуновение ветерка победы и успеха. Икут-оглы был обращен в бегство, а все его богатства и имущества, палатки и шатры, кони и мулы были захвачены. После этого [Абдал-бек] правил еще несколько лет и под конец вручил душу творцу вселенной. После него остались два сына: Субхан-бек и Султан Ахмад-бек.

Субхан-бек б. Абдал-бек

После смерти отца он стал его преемником и вместе со своим братом Султан Ахмад-беком повязал чресла души своей поясом старания и усердия для защиты страны и отпора врагам. Стихотворение:

Счастье всецело проистекает от единения,Раздоры же приводят к беде.

Благодаря согласию между братьями всевышний господь [даровал им] многочисленные победы. Так, после смерти Халид-бека пазуки [Субхан-бек] отобрал у вассалов Чулак Халида округ Гендж и стал [его] владетелем. Когда после победы, [одержанной] под Чалдыраном, султан Салим-хан покорил вилайет Диарбекира, [Субхан-бек] силою [своей] всепокоряющей [мощи] отнял округ и крепость Чабакчур у Икут-оглы, округ Акче-кале[790] — из захватнических рук Мансур-бека пазуки, который управлял теми районами на правах наместника шаха Исма'ила, и округа Зак[791] и Манишкерт[792] — у Кадир-бека кызылбаша. Завладев [теми районами], братья разделили между собой вилайет. Чабакчур с подчиненными [ему районами достался] Субхан-беку, а остальные крепости и округа были закреплены за Султан Ахмад-беком. Когда прошло таким образом несколько лет, из-за наветов завистников /258/ дружба и искренность [меж ними] сменились на вражду и ненависть. Согласно повелению султана Салим-хана Субхан-бек был казнен по доносу брата, и Чабакчур утвердили за одним из османских эмиров. После него (Субхан-бека) остался один сын Максуд-бек.

Султан Ахмад-бек б. Абдал-бек

Он долгое время правил после того, как был казнен его брат, и время его правления, когда он оставил этот караван-сарай с двумя дверьми, превышало пятьдесят лет. Стихотворение:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги