Читаем Шараф-наме. Том I полностью

Некоторое время согласно указу султана Салим-хака он управлял наследственными владениями. Когда же в положенный срок он распростился с [этим] бренным миром, после него осталось три сына: Шахим-бек, Йусуф-бек и Махмуд-бек. Дела меж ними закончились враждой и спорами из-за управления Атаком, ибо [ни один не мог] примириться с властью и старшинством другого. Все вместе они направились к прибежищу счастья — порогу султана Салим-хана Гази, порешив на том, /247/ что из монаршего дивана они доставят государственного писца и тот разделит наследственную область между братьями; часть же [земель] отойдет к государевым доменам.

Шахим-бек б. Ахмад-бек

И получили братья августейший указ на имя эмира эмиров Диарбекира, дабы тот поручил сведущему человеку составить [кадастровую] перепись той области, а после ее составления из доходов от некоторых деревень и селений назначить на правах зи'амата шестьдесят тысяч османских акче Махмуд-беку и сто десять тысяч османских [акче] Йусуф-беку. Округ Рабат и Майяфарикин, деревня Джаске и джизья с неверных были закреплены за августейшими доменами, а Шахим-беку определили санджак в двести тысяч османских акче.

После смерти Махмуд-бека его зи'амат был пожалован в виде арпалыка[775] Кубад-беку рамазанлу. Когда везиром стал Рустам-паша, Шахим-бека огульно обвинили в измене, и на основании приказа Сулаймана он был казнен. Почти на двадцать лет округ Атак, будучи отобран у эмиров зраки, был передан османским эмирам.

Йусуф-бек б. Ахмад-бек

Во [время] смут, [поднятых] Алкас-мирзой, когда государь, [равный] достоинствами Сулайману, собственной персоной отправился походом на Азербайджан, ему был пожалован и дарован округ Атак при условии, что к округу он присоединит свой зи'амат и здешняя крепость будет разрушена. Несколько лет, таким образом, Йусуф-бек благополучно и полновластно управлял Атаком. После его смерти округ Атак был, как и прежде, передан некоему османцу Ахмад-беку б. Хаджжи-беку. А после Йусуф-бека остался единственный сын по имени Хасан-бек.

Хасан-бек б. Йусуф-бек

/248/ После смерти отца округ Атак был передан посторонним и два года пребывал в их владении. Когда бразды правления и миродержания, мироукрашения и миропокорения перешли в руки султана Салим-хана, Хасан-бек, облачившись в одеяние паломников в Каабу упований, отправился к порогу, вокруг которого вращается небесная сфера, дабы испросить наследственный оджак. Благодаря помощи и поддержке великого везира Мухаммад-паши из безграничной монаршей милости ему был дарован на правах оджака округ Атак, и управлял он Атаком двадцать лет. И был он мужем, прославившимся любостяжательством и наделенным житейской мудростью, посвятившим все [свои] помыслы мирским привязанностям. В конце концов разрушительница наслаждений [смерть] отняла его владетельную руку от дел политических и финансовых и лишила сокровищницу его бытия драгоценной жемчужины души. После него осталось два сына по имени Йусуф и Вали. Согласно всемилостивейшему указу покойного султана Мурад-хана его должность пожаловали Йусуф-беку. Быстротечными, подобно весенней поре, оказались дни его правления, [которое] продолжалось две недели, как и время [цветения] розы. Так и не восчувствовав благоухания бутона величия, вкусил он несчастья от терниев мученичества.

Согласно завещанию и праву [наследования] за дело правления взялся его брат Вали-бек. Тем временем один из его двоюродных братьев, некий Джихан-шах-бек б. Сухраб-бек, выступил претендентом [на власть]. Двором, что [служит] центром вращения небесной сферы, ему на правах санджака был пожалован округ Атак при условии, что ежегодно он будет выплачивать в казну Диарбекира двадцать тысяч флоринов. Вали-бек обязательство Джихан-шах-бека взял на себя и [до дел] его не допустил. Впоследствии жестокий Ибрахим-паша, положивший начало смуте и брожениям, притеснениям и насилиям /249/ в областях Рабийе[776], Диарбекире и в Курдистане, передал Атак сыну Шахим-бека Зулфикару при условии, что тот станет выплачивать в диван Диарбекира сорок тысяч флоринов.

Согласно монаршему повелению Ибрахим-паша был отстранен от управления Диарбекиром и заточен в Стамбуле в большой крепости. После счастливого восшествия на царский престол и трон Сасанидов высокодостойного государя султана Мухаммад-хана — да пребудет вечным его правление! — того второго Хаджаджа[777] в назидание злым тиранам, повесили на площади в Стамбуле. Стихотворение:

Злоумышленникам лучше снести головы,А дурное дерево вырвать с корнем.

Вали-бек по образцу прежнего утвердил за собою управление Атаком безусловно и беспрепятственно [со стороны] несогласных. Стал он суверенным правителем, и ныне власть над теми районами принадлежит ему.

ПАРАГРАФ ЧЕТВЕРТЫЙ

Об эмирах Терджила

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги