Читаем Шараф-наме. Том I полностью

После казни отца пост эмира [племени] курдаки[772] был пожалован ему. Согласно преданию о пророке — да благословит его Аллах и да приветствует! — [где сказано]: “Любовь передается по наследству, как и ненависть”, он стал преданным другом Шамсаддина Катхуда Хазуи и Зайнал-бека ширави, а с сыном Думан-бека Мухаммад-беком Дарзини /244/ у него установились враждебные и неприязненные отношения. Как упоминалось выше, он был убит людьми сына Думан-бека Мухаммад-бека.

Насир-бек б. Мухаммад-бек

После убийства отца благодаря помощи и содействию Шамсаддина Катхуда Хазуи он [еще] в малолетнем возрасте заступил место отца. От Мухаммад-бека Дарзини он получил долгое время служившую предметом спора деревню Минар как цену крови отца и [его] нукеров. Благодаря посредничеству правителя Хазо и Зайнал-бека ширави отношения меж ними были налажены. Порешили на том, что Мухаммад-бек Дарзини прогонит со своего двора его старосту Махмуда Зраки, который был виноват в убийстве Мухаммад-бека. С согласия своих эмиров Мухаммад-бек изволил прогнать его со своего двора. Когда Махмуд прибыл в Бидлис, его нукеры, подговоренные Шамсаддином [Катхуда Хазуи], несколько дней спустя убили его и бежали в Хазо. Это разом успокоило Насир-бека, и был заключен мир.

Насир-бек, будучи еще малолетним, проводил время, как то присуще природе детей, в играх и забавах. Был у него один нукер Хасан — вроде шута и по прозвищу Чамбар. Он постоянно забавлял и потешал [Насир-бека]. И вот однажды под влиянием дьявольского наваждения, вообразив [себя] на охоте, он вонзил в грудь Насир-беку кинжал, так что конец кинжала Чамбара вышел наружу из позвоночника. Насир-бек тотчас упал и вручил душу ангелу смерти. Когда собравшиеся там люди из аширатов и племен увидели, что случилось, они [набросились на] Чамбара с пинками и пощечинами, содрали у него с головы кожу и лишили арфу /245/ его бытия мелодии жизни, препоручив попугая его души ворону смерти.

После убийства в Болу мир Насира пост эмира Курдакана сулаймановым диваном был передан некоему мир Халилу. Затем эмират был пожалован его сыну Мухаммад-беку. Халил-бек оставил те края, избрав служение курдским эмирам. Позднее, побуждаемый слабостью, старостью и немощностью, он прибыл к себе на родину и проживал вместе с Насир-беком. Враги приписали Халил-беку неблаговидные деяния Чамбара и в тот же день убили того правдивого старца. У эмира Насира было два малолетних сына: мир Мухаммад и мир Абу Бакр. Ныне согласно султанскому указу вместо отца занят управлением Курдакана мир Мухаммад.

ПАРАГРАФ ТРЕТИЙ

Об эмирах Атака

Семья Ахмад-бека б. мир Мухаммада Зраки известна [на весь] Курдистан. Он был современником шаха Исма'ила Сафави. Когда упомянутый шах покорил Диарбекир и Курдистан, он отобрал Атак у Ахмад-бека и передал племени каджар[773]. [Люди] аширата зраки покинули друзей и страну и разбрелись по сторонам. После убийства Хан Мухаммада устаджлу и разгрома шаха Исма'ила при Чалдыране курдские племена решили вернуть наследственные владения.

Курды Атака той зимой избрали [своим] становищем разрушенную крепость, получившую известность как крепость Малах. Племя каджар, занимавшее крепость Атак, решило [тому] воспрепятствовать и принялось чинить [всякого рода] несправедливости[774]. “Что вас побудило, — [спросили они курдов], — избрать зимним становищем развалившуюся крепость?” /246/ Те смиренно ответили: “Между нами и аширатом мирдаси старинная вражда. Не дай бог, в середине зимы, [когда] большое количество снега и мороз не дадут [нам] возможности передвигаться, они нападут на нас и уведут в рабство наших жен и детей. Если же до весенней поры вы не станете чинить беспокойства этим несчастным и позволите беднякам остаться в этих развалинах, [с вашей стороны это] будет в высшей степени милосердно”.

Правитель Атака сжалился над их слабостью и бессилием и оставил их в покое. Оградив себя от посягательств кызылбашей, [люди] аширата зраки задумали [с помощью] веревочных и деревянных лестниц хитростью и обманом захватить крепость Атак [в одну] из зимних ночей.

Зимней ночью курдские верхолазы прикрепили к стенным зубцам крепости концы веревочных [лестниц], а по лестницам наверх поднялись храбрецы [племени] зраки и проникли внутрь крепости. Безжалостными мечами они перебили всех кызылбашей, а их головы в назидание [другим] повесили. Их семьи они изгнали из крепости, послали за Ахмад-беком и поставили его на правление.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ригведа
Ригведа

Происхождение этого сборника и его дальнейшая история отразились в предании, которое приписывает большую часть десяти книг определенным древним жреческим родам, ведущим свое начало от семи мифических мудрецов, называвшихся Риши Rishi. Их имена приводит традиционный комментарий anukramani, иногда они мелькают в текстах самих гимнов. Так, вторая книга приписывается роду Гритсамада Gritsamada, третья - Вишвамитре Vicvamitra и его роду, четвертая - роду Вамадевы Vamadeva, пятая - Атри Atri и его потомкам Atreya, шестая роду Бхарадваджа Bharadvaja, седьмая - Bacиштхе Vasichtha с его родом, восьмая, в большей части, Канве Каnvа и его потомству. Книги 1-я, 9-я и 10-я приписываются различным авторам. Эти песни изустно передавались в жреческих родах от поколения к поколению, а впоследствии, в эпоху большого культурного и государственного развития, были собраны в один сборникОтсутствует большая часть примечаний, и, возможно, часть текста.

Автор Неизвестен -- Древневосточная литература

Древневосточная литература
Поэмы
Поэмы

Удивительно широк и многогранен круг творческих интересов и поисков Навои. Он — РїРѕСЌС' и мыслитель, ученый историк и лингвист, естествоиспытатель и теоретик литературы, музыки, государства и права, политический деятель. Р' своем творчестве он старался всесторонне и глубоко отображать действительность во всем ее многообразии. Нет ни одного более или менее заслуживающего внимания вопроса общественной жизни, человековедения своего времени, о котором не сказал Р±С‹ своего слова и не определил Р±С‹ своего отношения к нему Навои. Так он создал свыше тридцати произведений, составляющий золотой фонд узбекской литературы.Р' данном издании представлен знаменитый цикл из пяти монументальных поэм «Хамсе» («Пятерица»): «Смятение праведных», «Фархад и Ширин», «Лейли и Меджнун», «Семь планет», «Стена Р

Алишер Навои

Поэма, эпическая поэзия / Древневосточная литература / Древние книги
Логика птиц
Логика птиц

Шейх Фарид ад-Дии Аттар Нишапури — духовный наставник и блистательный поэт, живший в XII в. Данное издание представляет собой никогда не публиковавшийся на русском языке перевод знаменитой поэмы Аттара «Логика птиц», название которой может быть переведено и как «Язык птиц».Поэма является одной из жемчужин персидской литературы.Сюжет её связан с историей о путешествии птиц, пожелавших отыскать своего Господина, легендарного Симурга, — эта аллегория отсылает к историям о реальных духовных странствиях людей, объединившихся во имя совместного поиска Истины, ибо примеры подобных объединений в истории духовных подъемов человечества встречаются повсеместно.Есть у Аттара великие предшественники и в литературе народов, воспринявших ислам, —в их числе достаточно назвать Абу Али ибн Сину и Абу Хамида аль-Газали, оставивших свои описания путешествий к Симургу. Несмотря на это, «Логика птиц» оказалась среди классических произведений, являющих собой образец сбалансированного изложения многих принципов и нюансов духовного пути. Критики отмечали, что Аттару в иносказательной, аллегорической форме удалось не только выразить очень многое, но и создать тонкий аромат недосказанности и тайн, для обозначения которых в обычном языке нет адекватных понятий и слов. Это сочетание, поддержанное авторитетом и опытом самого шейха Аттара, позволяло поэме на протяжении веков сохранять свою актуальность для множества людей, сделавшихдуховную практику стержнем своего существования. И в наше время этот старинный текст волнует тех, кто неравнодушен к собственной судьбе. «Логика птиц» погружает вдумчивого читателя в удивительный мир Аттара, поэта и мистика, и помогает ищущим в создании необходимых внутренних ориентиров.Издание представляет интерес для культурологов, историков религий, философов и для всех читателей, интересующихся историей духовной культуры.

Фарид ад-Дин Аттар , Фаридаддин Аттар

Поэзия / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги