И действительно, Зайнал-бек — юноша, наделенный зрелым умом и [стоящий] на истинном пути. Свой зи'амат он отказал своему сыну, [получив] на свое имя от дивана султана Мухаммад-хана округ Агакис. У него есть брат по имени мир Абдал.

ПАРАГРАФ ВТОРОЙ

Об [эмирах] Ируна

Мир Малик б. мир Хасан в действительности принадлежит к потомкам мир Шамсаддина б. мир Хасана. Мир Шамсаддину во время раздела наследственного вилайета его отец пожаловал крепость Ирун, и владеет ею [мир Малик] на правах зи'амата. Это юноша, известный на весь Курдистан храбростью и великодушием, наделенный непомерным благочестием и набожностью.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Об эмирах [племени] зраки

[Глава] состоит из четырех параграфов

Да не останется под покровом мрака пред благодатным разумом красноречивых и солнцеподобною мыслью отмеченных изяществом стиля историков, что родословная эмиров зраки восходит к сирийским арабам. По божественному предопределению, некий Шайх Хасан б. Саййид 'Абдаррахман покинул родину, прибыл из той благословенной страны в область Мардина и занялся там служением и поклонением [богу]. Неизменно был он облачен в голубые одеяния и по этой причине получил в народе известность как Шайх Азраки. Возможно [также], поскольку арабы называют “азрак” [людей] с голубыми глазами, он обладал той отличительной особенностью.

/239/ Как бы то ни было, в результате частого употребления [имени] хамза выпала, и он стал известен как Шайх Зраки. Знатные люди вилайета Мардина, [плененные] необычайным благочестием и набожностью Шайх Хасана, стали его послушниками и мюридами. Опасаясь его [влияния], государь [того] времени заточил его в Мардинской крепости. Несколько дней спустя [полученное] Шайхом [божественное] откровение и проявленные [им] чудеса [пробудили] в государе любовь к дервишеству, он стал его мюридом и искренним другом. Освободив Шайха из заточения, смиренно разверз он уста, дабы испросить извинения, и, оказав подобающее уважение и почитание, отдал ему в жены свою дочь. Это вызвало со стороны жителей тех областей неописуемое доверие к Шайх Хасану Азраки. После смерти государя он заступил его место, направив своих сыновей на управление окрест лежащими [районами]. Каждый из них стал владетелем и правителем одного из округов [того] вилайета.

ПАРАГРАФ ПЕРВЫЙ

Об эмирах Дарзини

Один из сыновей Шайх Хасана Зраки, который прибыл в Дарзини, назывался Хабилом, сын [его] именовался Кабилом. Дарзини — [название] крепости с большой церковью внутри. В те времена, когда та крепость пребывала в руках безнравственных неверных, ее называли Дарзир. Позднее, когда она была завоевана Хабилом и Кабилом и перешла в [их] владетельную десницу, в результате частого употребления названия она стала [именоваться] Дарзини. [Ниже нами] приводится все, что доподлинно известно об их правителях.

Эмир Хамза б. эмир Халил б. эмир Гази

Некоторое время на основании указа шаха Исма'ил Сафави пост эмира Дарзини принадлежал эмиру Хамзе. После его смерти сын его Мухаммад-бек заодно с эмирами и правителями Курдистана изъявил покорность высокому, как небо, двору султана Салим-хана, был возвеличен украшающим мир монаршим благоволением /240/ и отмечен высочайшими государевыми щедротами. Ему был пожалован пост эмира Дарзини. Когда истекло время его правления, он прошествовал из [этого] бренного кабака в приют вечности, оставив после себя на страницах эпохи четырех сыновей: 'Али-бека, Шах Кули-бека, Иа'куб-бека и Джихан-шах-бека.

'Али-бек б. Мухаммад-бек

После смерти отца братья выступили против него, оспаривая власть. Под конец он силою вырвал вилайет у смутьянов и правил независимо в течение семи лет. После его смерти правителем наследственного вилайета согласно всемилостивейшему указу султана Сулайман-хана Гази в 941 (1534-35) году стал его брат Шах Кули-бек б. Мухаммад-бек, утвердившийся на месте брата. После восьми лет правления, возвращаясь от порога Сулаймана, вместе с несколькими людьми [своей] свиты, в местечке Болу[767] он был убит Насир-беком Зраки из Курдакана из-за существовавшей меж ними вражды.

Йа'куб-бек б. Мухаммад-бек

После убийства своего брата Шах Кули-бека на основании сулаиманова указа он стал повелителем сборища дивов зраки. Был мужем, украшенным [всеми] духовными совершенствами, [какие только может даровать] природа[768]. Любил он [внимать] речам благочестивых и дервишей — [сам] подобный суфию, исповедующий единство божие и великодушный, [Йа'куб-бек] по своей натуре был поэтом, ему принадлежит написание[769] философских стихов и богословского комментария. Большинство его стихов на курдском языке, у него есть целый диван [стихов]. По красоте воспитания и поведения в обществе, по тому, как он управлял, в свое время он не имел равных.