Читаем Шальные деньги полностью

Дорогой набрал Ратко, Боббану, другим пацанам. Поинтересовался, что за кент этот Вадим. Кто по жизни будет? Опасен ли? Поручил обзвонить других пацанов, все разузнать: работает ли чувак, кем работает. С кем корешится? Есть ли у него ствол?

Стал наблюдать за подъездом. Люди входили, выходили. Удивился про себя: что за кипеш в такое время суток? В таких халупах всегда ютятся всякие чучмеки, торчки, домашние садисты и прочая шпана, в такой же халупе вырос он сам.

Посреди разговора Мрадо с Боббаном из подъезда вдруг вынырнул тип, смахивавший на Хорхе.

Прежде Мрадо видел Хорхе от силы раза четыре-пять. В последний раз на суде, где свидетельствовал против Хорхе. В итоге чилийского терпилу упаковали на шесть лет. Радован и Мрадо отдали его на растерзание волкам — кем-то ж надо жертвовать. Чилиец запомнился молодым, борзым, в модном, понтовом прикиде. Золотая цепь с крестом. Причесон уложен гелем. Триммингованная щетина. Все руками размахивал, кипятился. А тут перед машиной — реальный негр. Курчавый, чернокожий. Походняк как у вкуренного растамана, плывет, будто во сне. Шмотки отстойные, грязная куртка. Но что-то в этом чмошнике не то, будто скрыта в нем какая-то пружина.

Сто пудов — чилиец.

Мрадо съежился, приник к рулю. Хорхе поозирался. Потом зашагал по дороге на станцию. Здесь его брать без мазы — столько глаз кругом.

Мрадо дождался, когда Хорхе скроется за углом. Вышел из машины. Надел черные очки. Лишним кругом намотал на шею шарф. Помолил бога машин: боже, сохрани мой «мерс» от царапин, угонов и столкновений на этой самой стремной точке в Соллентуне.

С тем побежал за тот самый угол, куда только что свернул Хорхе.

Оказалось, Хорхе пошел не на мост к электричкам. А прямиком в пассаж. Мрадо держался поодаль. Но так, чтобы не упустить чилийца из виду.

В пассаже «Соллентуна». Мрадо притормозил у автоматических дверей на входе, выждал пару секунд. Входя, заметил, как Хорхе направился за продуктами в «ИКА». Серб юркнул в бутик «Эксперт» напротив. Как заправский детектив, Мартин Бек в натуре. Связался с Мрадо. Спросил по-сербски:

— Ратко, ты где? Дело есть.

Ратко в последние дни все рожу воротил — бычился на Мрадо за давешний замес с Серхио. Но тут отреагировал спокойно, понял — что-то конкретное.

— Да дома сижу. Туринг смотрю. Автогонки. Шведский чемп. Чё, нашел его или чё?

— Ага. Кантовался у корешка тут, в Соллентуне. Сейчас засобирался обратно. Ты тоже собирайся. Садись в тачку.

— Блин, ты мне весь кайф обломал. Куда ехать?

— Пока не пойму. Жди. Как только, так сразу.

— Уже в дверях.

— Вот и молодца. Я позвоню. Хоп.

Тут и Хорхе вышел из супермаркета. В каждой руке по две авоськи. Походу, затарился хавчиком. Чилиец, точно, намылился на свое заповедное лежбище.

Мрадо проследовал за ним к электричке. Главный принцип шпика: не мельтеши во время слежки. А то Хорхе пацан прожженный — раз, и ищи-свищи его.

Хорхе вышел на платформу. Мрадо задержался в зале ожидания. Надеялся, что стеклянные двери на солнце скроют его от глаз Хорхе подобно зеркалу. Видел, что Хорхе не дремлет.

Подали электричку. Хорхе вошел. Мрадо за ним, в соседний вагон.

Снова набрал Ратко. Велел выдвигаться в центр.

На каждой остановке выглядывал из дверей. Хорхе оставался внутри.

Поезд замедлил ход. Черепахой вполз на Центральный вокзал.

Остановился. Мрадо выглянул. Увидел выходящего чилийца.

Группа индейцев дудела на панфлейтах и дубасила в барабан. У колонны какая-то иеговистка во френче втюхивала прохожим «Сторожевую башню».

Хорхе пошел в метро. Мрадо следом. На почтительном расстоянии.

Хорхе сел на поезд в сторону Мербю. Мрадо поехал с ним, в другом вагоне.

Полупустой вагон. Из пассажиров здесь затесались два гопника в кепках и ветровках, потенциальные бойцы войска Мрадова. Кемарили, задрав ноги на соседние сидухи. Да какой-то приблудный мажор: белобрысый, плащ до колен, узкие джинсики и зализанная челочка: походу, попутал метро с «Гранд-отелем». Слушал плеер.

Хорхе сошел на «Технологическом институте». Мрадо тоже.

Выйдя за турникет, Хорхе задержался перед расписанием автобусных рейсов. Потом заглянул в газетный киоск. Что-то купил. Авоськи-то на вид того, тяжелые. Пошел на автобусную остановку. О, и тот мажор из метро туда же. Совпадение, однако.

Мрадо посмотрел: автобус номер шестьсот двадцать. Не иначе, чилиец собрался с экскурсией любоваться окрестностями Нортелье.

Мрадо позвонил Ратко. Приказал:

— Выдвигайся к «Техноложке».

Подрулил 620-й. Ратко не видать. Мрадо зашагал прочь, к ларьку с хотдогами на Валгальском проезде. Рядом с ларьком вереница таксомоторов.

Хорхе сел. Автобус тронулся.

Мрадо — таксисту:

— Ехай за этим автобусом.

Ехали минут тридцать. Мрадо не находил себе места. Хорхе палец в рот не клади. Всегда настороже. Может засечь, что какое-то такси упало на хвост, держась на две-три машины позади.

Вызвал Ратко.

Пересел в его тачку в Окерсберге.

Пристроились где-то сзади. Вряд ли заподозрит. За автобусом тянулся длинный шлейф машин. Автобус же ехал почти без остановок.

Чилиец точно еще там.

Вот доехали до какого-то Дювика. Автобус остановился. Выпустил Хорхе.