Читаем Шальные деньги полностью

Паола всегда принимала брата таким, какой он есть, со всеми его запилами. Когда ему было четырнадцать, он принес из школы письмо: «Настоящим довожу до Вашего сведения, что Хорхе Салинас Баррио отстраняется от занятий в Туребергской районной школе сроком на шесть недель, начиная с 15 марта с. г. Основание для принятия такой меры — его трудновоспитуемость и негативное воздействие на других учащихся и учебный процесс. Я, подписавшийся, неоднократно обсуждал проблемы Хорхе с Вами. Кроме того, мы консультировались с куратором школы г-жой Ингой-Бритт Линдблум, как помочь Хорхе осознать всю асоциальность его поведения. Увы, за последнее полугодие оно стало только хуже, о чем я также беседовал с ним в Вашем присутствии 3 февраля с. г. Школа не видит иного выхода, кроме как отстранить Хорхе от занятий на вышеуказанный срок. Муниципалитет гор. Соллентуна предлагает перевести его на домашнее обучение. Если у Вас возникнут вопросы, прошу обращаться ко мне. Директор школы Ян Линд». Матушка расплакалась. Родригес выпорол. Хорхе еще подумал: был бы ты родной батя, увез бы домой, в Чили. И только Паола не рассердилась, не отошла с равнодушным видом. Не спрятала глаза. Была с ним ласкова. Одна нашла нужные слова. Он любил задушевные беседы, несмотря на строптивый нрав. Она сказала: «Ты — наш принц, мой и мамин. Помни об этом. Всегда. Что бы ни натворил. Ты — наш принц!»

Кто-то в лесу окликнул Хорхе. Тот притих, хотя и так лежал тише мыши. Неужто сербы вернулись по его душу?

Но нет, никого.

Сколько пролежал тут? Десять минут? Два часа?

Как же несет блевотиной!

Облажался. Южки-то вышли похитрей его. Смотрел-смотрел, а просмотрел ты, Хорхелито. С бодуна, верно. Когда ж они на хвост сели, Мрадо с приятелем-то своим? В автобус не садились. В вагоне метро их тоже не было. И на «Технологическом», на остановке тоже. Может, на машине, так не заметил, чтоб какая-то машина за автобусом увязалась. Они что, его от самой Соллентуны пасли? Откуда прознали, что он у Вадима? Никак это он, падлюка русская, сдал его? Или кто другой, может, в кабаке запалили этой ночью? И как только узнали? Бляди!

Попробовал пошевелить хоть чем-то. Хоть мизинцем. Палец шевелился сам по себе, будто чужой. Не прошло трех секунд, как вся рука зашлась от боли. Жуткой. Хорхе вскрикнул. Хоть бы и сербы рядом, насрать.

Вот снова кто-то окликнул его по имени.

Опять стошнило.

На устах молитва: La madre que te parió. В голове вопросы: на кого теперь положиться? На Серхио? На Эдди? На Ашура? Обратиться за помощью к маме? Не слишком ли стремно звонить сестре? Побег замутил без проблем, толково. Лихо. Круче всех. А вот как жить на воле, не предусмотрел. Думал, проще простого. Накосячил ровно так же, как другие, расслабился, загулял. На люди потянуло.

Попробовал открыть глаза.

Елочки вокруг. Свет, просеиваясь сквозь их лапы, светлыми пятнами расплывался по рыжему хвойному настилу. Птичьего щебета не слыхать.

Что теперь-то? Одно дело, позарившись на добро Радована, рисковать собственной шкурой. Совсем другое — подставлять родную сестру.

Вдруг подумал о портаках, о двух своих наколках. На правом плече лыбился черт. Вытравленный черной краской. Вокруг языки пламени — алые, рыжие, желтые. На спине — распятие с готической надписью «The Man». Думал, ты супермен, все пучком, а сам, походу, лузер. В полной жопе.

Бита твоя карта.

26

Картина маслом: дефиле гламура на лоне дикой природы. Версии у ЮВе было две: либо сербы оставили изувеченного Хорхе подыхать в лесу, либо забрали с собой.

Поиски начал с правой стороны. Шел зигзагом, сперва углубляясь метров на десять в лес, потом наискосок возвращаясь к дороге. И снова на десять метров вглубь леса.

Вспомнил фразу из «Космических яиц», как президент Мудакер приказывает лорду Шлему (пародия на Дарта Вейдера): «Причешите пустыню!» В следующем эпизоде мудозвоны уже возят по песку огромной расческой. Адски креативен товарищ Мел Брукс, хотя и вторичен.

Вот ЮВе и принялся «причесывать» лес.

И нашел-таки Хорхе среди елок.