Читаем Садовые чары полностью

Она услышала голос Клер, зовущей ее, и вскочила. Сегодня Сидни впервые вышла на работу, а Клер впервые осталась присматривать за Бэй. Мама не разрешила ей ходить в сад, но Клер сказала, что можно, если только она не будет рвать цветы. Бэй так обрадовалась, что наконец-то увидит сад. Она очень надеялась, что ничего не натворила.

– Я тут! – крикнула она в ответ, поднимаясь, и увидела у ворот в дальнем конце сада Клер. – Я не рвала никаких цветов.

В руках у Клер была кастрюля, накрытая алюминиевой фольгой.

– Я иду отнести это Тайлеру. Идем со мной.

Бэй бросилась по усыпанной гравием дорожке к тетке, радуясь возможности снова увидеть Тайлера. Когда они с мамой в прошлый раз были у него в гостях, он разрешил ей порисовать на его мольберте, а когда она показала ему свой рисунок, он повесил его на холодильник.

Клер заперла калитку, и они двинулись за дом, во двор Тайлера. Бэй держалась поближе к Клер. Ей нравилось, как пахло от ее тетки: очень уютно, кухонным мылом и травами.

– Тетя Клер, почему яблоня все время бросается в меня яблоками?

– Она хочет, чтобы ты съела яблоко.

– Но я не люблю яблоки.

– Она это знает.

– Зачем ты их закапываешь?

– Чтобы их не съел кто-нибудь еще.

– Почему ты не хочешь, чтобы люди их ели?

Клер немного поколебалась.

– Потому что если съесть яблоко с этой яблони, то увидишь самое важное событие в твоей жизни. Если это окажется что-то хорошее, ты будешь знать, что ничто другое не доставит тебе такой радости, как ты ни старайся. А если это окажется что-то плохое, тебе придется всю жизнь жить со знанием, что с тобой должно случиться что-то плохое. Такие вещи не нужно знать.

– Но некоторые люди хотят их знать?

– Да. Но поскольку яблоня растет в нашем дворе, последнее слово за нами.

Они подошли к крыльцу Тайлера.

– Ты хочешь сказать, это и мой двор тоже?

– Это совершенно определенно и твой двор тоже, – улыбнулась Клер.

На миг она сама вдруг превратилась в маленькую девочку, которую переполняло счастье оттого, что она теперь не сама по себе, а часть чего-то большего.

* * *

– Какая приятная неожиданность, – сказал Тайлер, открыв дверь.

Перед тем как постучать, Клер набрала полные легкие воздуха, но при виде его позабыла выдохнуть. На нем были заляпанные краской джинсы и футболка. Порой вся ее кожа становилась такой чувствительной, что ей хотелось выползти из собственного тела. Интересно, что было бы, если бы он ее поцеловал? Помогло бы это? Или сделало только хуже? Он улыбнулся, не выказывая никакого недовольства тем, что она явилась без предупреждения. Она бы на его месте не обрадовалась. Впрочем, он совершенно определенно не походил на нее.

– Проходите.

– Я приготовила для вас запеканку, – с замирающим сердцем сказала она.

– Мм, как вкусно пахнет. Проходите, пожалуйста.

Он отступил назад, чтобы они могли войти в дом, а это было последнее, чего хотелось Клер.

Бэй с любопытством взглянула на тетку. Она чувствовала: что-то не так. Клер улыбнулась девочке и вошла в дом, чтобы не пугать ее.

Тайлер провел их через гостиную, где почти не было мебели, зато было множество коробок, в белую кухню с застекленными шкафчиками. К кухне примыкала столовая с огромными, от пола до потолка, окнами. На полу был разостлан брезент и стояли два мольберта. Длинная стойка была завалена рисовальными принадлежностями.

– Вот почему я купил этот дом. Из-за обилия света, – сказал Тайлер, ставя кастрюлю на кухонный стол.

– Можно мне порисовать, Тайлер? – спросила Бэй.

– Конечно, детка. Твой мольберт вон там. Погоди, я прикреплю к нему бумагу.

Пока Тайлер регулировал мольберт под ее рост, Бэй подошла к холодильнику и ткнула в разноцветную яблоню.

– Смотри, Клер, это я нарисовала.

Клер подкупило не то, что Тайлер повесил рисунок Бэй на холодильник, а то, что он его там оставил.

– Очень красиво.

Бэй принялась рисовать, а Тайлер с улыбкой вернулся к Клер.

Она с тревогой поглядывала на кастрюльку. В ней была запеканка из водяного каштана с цыпленком на масле из семян львиного зева. Львиный зев обладал способностью устранять нежелательное влияние других людей, а Тайлеру необходимо было освободиться из-под ее влияния.

– Вы будете есть? – напомнила она ему.

– Прямо сейчас?

– Да.

Он пожал плечами.

– Ну хорошо. Почему бы и нет? Вы ко мне не присоединитесь?

– Нет, спасибо. Я сыта.

– Тогда посидите, а я пока поем.

Он вытащил из шкафчика чистую тарелку и положил себе кусок запеканки, потом подвел Клер к одному из двух табуретов.

– Ну и как вы с Бэй справляетесь, когда Сидни на работе? – спросил он, после того как оба уселись. – Она заходила вчера, рассказала, что устроилась на работу. Она настоящая кудесница по части волос. У нее талант.

– Мы прекрасно справляемся, – сказала Клер, глядя, как Тайлер подносит ко рту вилку с куском запеканки.

Он начал жевать, потом проглотил, и она спохватилась, что, может быть, не стоит на него смотреть. Зрелище было почти чувственное – его полные губы, движущийся кадык. Не стоило испытывать такие чувства к человеку, которому через несколько секунд предстояло освободиться из-под ее власти.