Читаем Русский морок полностью

По прикидке Егора Подобедова, они должны были сразу же брать билеты и ехать в Питер. Так оно и вышло. Наблюдатель вместе с дежурным по вокзалу зашел в помещение билетных касс, определили поезд, места, на которые взяли билеты Валера и Стас, оперативник запросил место в этом же вагоне и вышел на площадь, куда уже подъехала машина опергруппы. Поезд отходил через полтора часа.

— Иди, что ли, перекуси и не опоздай на поезд, а мы рванем в Питер по трассе, там, на площади перед Московским вокзалом, и встретимся! — Подобедов внимательно посмотрел на своего оперативника. — Ты выглядишь устало. Ладно, отдохнешь в поезде. Мы погнали!

Машина рванула в сторону Садового кольца, и вскоре они уже были на Ленинградском шоссе.

Сменяясь на трассе, они приехали в Ленинград за сорок минут до прихода поезда.

— Привет! Ну что? Как доехали? — встретил вопросом Егор своего наблюдателя, когда тот, запыхавшись после пробежки по площади перед Московским вокзалом, присел на переднее сиденье.

— Здорово, партизаны! Видите их? Вон они, у телефона-автомата, звонят.

— Так что у них там, все прошло нормально? — еще раз переспросил Егор. Они с напарником гнали по трассе Москва — Ленинград, останавливаясь, чтобы смениться за рулем. Сейчас он вдруг почувствовал, как начинают слипаться глаза. Тряхнув головой, Подобедов включил двигатель и тронулся, увидев, что Валера и Стас садятся в подкатившее к ним такси.

— Ну, вот его постоянное, персональное авто! Отзвонился своим, а те пригнали машину! — сказал Подобедов, пристраиваясь в ряд машин.

— Это что, так живут воры? — недоверчиво спросил один из офицеров.

— Отнюдь! Только главные! Как и везде! — веско резюмировал Подобедов. — Рассказывай, что было в дороге.

— Все почти нормально, вот только небольшой инцидент произошел у второго, Стаса. Задрался там кто-то к нему в тамбуре, ну Стас и вломил ему, на первой же остановке поезда пострадавший вызвал наряд милиции, так что пришлось слегка раскрыться. Но все так ничего, проскочило, — быстро проговорил напарник, — вызвался свидетелем и показал на потерпевшего, как зачинщика драки, ну, они замазали это дело.

— Они видели это? — нахмурившись, спросил руководитель.

— Да, они присутствовали, но после моего вмешательства их отпустили с миром, а на этого выписали протокол, хотели даже снять с поезда, — рассказывал сопровождающий, как вдруг они увидели, что машину с Валерой и Стасом подрезала черная «Волга», а сзади припер старенький «Москвич».

— Это что такое? — Подобедов резко тормознул и припарковался у тротуара. — Что там происходит?

Из «Волги» вышли мужчины и, угрожая прикрытыми стволами, заставили Валеру и Стаса выйти из автомобиля и пересесть в их машину. Там, внутри, они толковали минут пять, затем Валера и Стас вышли и продолжили путь в том же автомобиле.

— Это что такое было? — встревоженно спросил напарник.

— Не иначе, у Валеры протекает! Звонил своим, а там кто-то продался и брякнул этим!

— Так что, теперь они попали в замес?

— Да! Разборки местного криминала. Их хорошо встретили, кресло малость подостыло у нашего «положенца», вот и нашлись люди, которые хотят его погреть. Жаль только, что не наши, не славяне, а эти, люди с гор, хотят власти в городе, а где власть, там и деньги. Ты понял? — поведал ему Подобедов.

— Да уж понял. Не все так просто в этом мире, в нашем мире, — пробормотал сопровождающий. Для него было открытием такая расстановка сил. На факультативе в «вышке» криминальный срез общества развитого социализма был представлен вскользь, по старым материалам, в основном без таких детализаций.

— Там что-то происходит!

Машина с Валерой и Стасом так и стояла у тротуара, заглушив двигатель.

— Наверное, решают, как быть? Вон и шофера выставили из машины. У них там, видимо, появились проблемы. Да хоть бы они сами вышли, ведь думают, что одни, без нашего присмотра. Надо показаться! — решительно сказа Егор, вылез из машины и пошел в их сторону. Пройдя мимо, руководитель остановился, повернулся к ним лицом, достал сигареты и принялся прикуривать, спичка за спичкой, пока не задымил, потом хлопнул себя по лбу и пошел обратно к своей машине.

— Ну, что там? Засекли? — взволнованно спросил кто-то из оперативников.

— Судя по их реакции, засекли! — уверенно сказал Подобедов. — Сейчас тронемся, а они пойдут за нами. Надо затащить их туда, где нас никто не просмотрит! — С этими словами он выехал вперед, объехал почти впритирку тачку с Валерой и Стасом и не торопясь свернул в первый же переулок. Видя, что те пошли за ним, он прибавил ходу, и они поехали в сторону от центра, проверяясь от наблюдения.

Выехав в район новостройки, они миновали несколько кварталов, и вот тут выявилась машина наблюдения от тех, кто перехватил.

— Вот засранцы, суки, не отпускают их, — выругался Подобедов, прикидывая на ходу ситуацию, — давай, ложись под их автомобиль! Сделай акцию.

Перейти на страницу:

Все книги серии Баланс игры

Похожие книги

Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы