Читаем Русский морок полностью

— Лады, — коротко сказал Валера, — берите бюллетень и не показывайтесь на работе неделю. С машинистом мы решим. А дяде Ване скажите, что сегодня ночью будем у него. С нашей стороны все готово, все привезли. Один килограмм, как договорились.

Увидев, что лицо Ирины мгновенно изменилось, сразу стало спокойным, Валера понял, что главное сделано, им проход будет открыт.

Настроение было тревожное, но привыкший ко всем невзгодам и проблемам относиться легко, ничего не навешивая на себя лишнего, Валера коротко вздохнул и, уже почти отделавшись от гнетущего состояния души, дернул за рукав Стаса.

Машиниста локомотива транспортного отдела «КБхимпром» нашли быстро.

— Слышь, ты, что ли, главный паровозник? — спросил его Стас, когда тот провел их на кухню, даже не спросив, кто они и что им надо.

— Садитесь, пацаны, сейчас выпьем! — радостно начал было говорить машинист, но Валера его присек.

— Сядь сам! Следи за базаром. А мы присядем.

До машиниста дошло, и вся веселость мигом слетела с него, он сел, тревожно переводя глаза с одного на другого.

— Так я и говорю, присядьте! — начал он уже другим тоном. — Вы кто?

— Мы твоя судьба. Деньги нужны? По легкому? — спросил Стас, садясь напротив. — Ты не менжуйся. Ничего плохого тебе не сделаем. Не захочешь деньги получить влегкую, забудем и уйдем. Понял?

— Сколько денег дадите и за что? — машинист переводил взгляд с Валеры на Стаса.

— Ты когда на смену? — спросил его Стас.

— Сегодня с вечера, ночная у меня. А что?

— Дело простое, мы на твоем паровозике въедем на завод и выедем на нем же. Понял? — внушительно, по-товарищески, сказал Стас.

— Вохровцы смотрят каждый раз при въезде и выезде. Не получится! — помотал головой машинист. — Всё поняли?

— Нет, не всё! Ты вохровцу дашь денег, чтобы он пропустил, не глядя, при проверке, скажешь, медную трубку вывозишь на самогонный аппарат и фляги для браги. Нас ты спрячешь. Хозяйство у тебя большое.

— Негде прятать на маневровом! Был бы тепловоз, но его используют, когда вывозят крупногабаритную продукцию, — пробормотал парень, Валера понял, что он напряженно думает, как быть.

— Ну, и что ты хочешь сказать? — нажимал на него Стас.

— Придется заклинить тормоза на маневровом, тогда пересяду на тепловоз, а там места есть! — уверенно сказал молодой машинист.

— Вот и хорошо! — сказал Стас, положив пачку десятирублевок на стол и придвигая к нему. — Это задаток, следующую часть получишь, когда подхватишь нас, а остальное на выезде. Сегодня все надо сделать.

— Сегодня! — растерянно пробормотал машинист. — Ну, вы даете, у меня же еще есть помощник. Как с ним быть?

Стас достал еще пачку червонцев, посмотрел на машиниста и весомо сказал:

— Время есть, пойдем, договоримся, чтобы дома остался!

— Да не надо никуда ходить! Он в соседнем доме. Я отнесу? — машинист протянул руку к деньгам.

— Бери, — вальяжно сказал Стас, — но смотри, ответишь за каждый рубль.

— Я кину ему пару червонцев, и мы с ним договоримся! — машинист вытащил пару банкнот и вышел из дому.

Валера и Стас прошли в комнату и сели на диван, дожидаясь. Вернулся машинист только через полчаса, и по виду было понятно, что они договорились.

— Так, а когда забирать за воротами и что делать будете там? Долго ждать или быстро управитесь? — уже вполне уверенно спросил он у Стаса.

— Часов в десять вечера будем около путей, гляди по сторонам, ну а остальное по ходу. Держись осторожно. Сам понимаешь, отвечаешь теперь перед нами. Бывай! До вечера!

Они вышли из квартиры машиниста, успев заметить, как тот быстро глянул в окно за ними и спрятался за занавесками.

— Лифт не работает. Пойдете пешком. — Вохровец глядел на них «мимо», этот взгляд Стас и Валера хорошо знали, это был тюремный взгляд охранника. — А где мои деньги?

— Деньги вот! — Стас открыл сумку и показал ему увесистый пакет. — Обратно пойдем, я его тебе оставлю. А сейчас, извини, дело только начинается.

— Деньги сразу, иначе никак. Я же сразу сказал, рыжье даешь и можешь топать. А то вдруг повяжут вас! — монотонно бубнил охранник, но потом вдруг решительно сказал: — Давай хоть полпачки, а потом остальное. Иначе не будет.

Стас развернул пакет из газеты, разделил кучку золотых украшений на две части, одну протянул вохровцу, другую снова положил в сумку, и они пошли к лестнице.

На этаже, пройдя десяток дверей, остановились около нужной, с надписью «ОТЗ». Стас презрительно глянул на дверь, оббитую железным листом, обследовал ее, вытащил связку ключей и отмычек, присел к замкам и слегка ковырнул. Встал с корточек и недоуменно оглянулся на Валеру:

— Слышь, дверь-то действительно открыта! И сигнализация не работает! Наводчик тебя не обманул! — И они вошли внутрь. В первой комнате было достаточно светло от фонарей на территории КБ и механического завода, там они прошли ко второй двери, она была не закрыта, не заперта была и последняя, перед кабинетом.

— Это как понимать! Работы нет! — матерился Стас.

Перейти на страницу:

Все книги серии Баланс игры

Похожие книги

Тень гоблина
Тень гоблина

Политический роман — жанр особый, словно бы «пограничный» между реализмом и фантасмагорией. Думается, не случайно произведения, тяготеющие к этому жанру (ибо собственно жанровые рамки весьма расплывчаты и практически не встречаются в «шаблонном» виде), как правило, оказываются антиутопиями или мрачными прогнозами, либо же грешат чрезмерной публицистичностью, за которой теряется художественная составляющая. Благодаря экзотичности данного жанра, наверное, он представлен в отечественной литературе не столь многими романами. Малые формы, даже повести, здесь неуместны. В этом жанре творили в советском прошлом Савва Дангулов, Юлиан Семенов, а сегодня к нему можно отнести, со многими натяжками, ряд романов Юлии Латыниной и Виктора Суворова, плюс еще несколько менее известных имен и книжных заглавий. В отличие от прочих «ниш» отечественной литературы, здесь еще есть вакантные места для романистов. Однако стать автором политических романов объективно трудно — как минимум, это амплуа подразумевает не шапочное, а близкое знакомство с изнанкой того огромного и пестрого целого, что непосвященные называют «большой политикой»…Прозаик и публицист Валерий Казаков — как раз из таких людей. За плечами у него военно-журналистская карьера, Афганистан и более 10 лет государственной службы в структурах, одни названия коих вызывают опасливый холодок меж лопаток: Совет Безопасности РФ, Администрация Президента РФ, помощник полномочного представителя Президента РФ в Сибирском федеральном округе. Все время своей службы Валерий Казаков занимался не только государственными делами, но и литературным творчеством. Итог его закономерен — он автор семи прозаико-публицистических книг, сборника стихов и нескольких циклов рассказов.И вот издательство «Вагриус Плюс» подарило читателям новый роман Валерия Казакова «Тень гоблина». Книгу эту можно назвать дилогией, так как она состоит из двух вполне самостоятельных частей, объединенных общим главным героем: «Межлизень» и «Тень гоблина». Резкий, точно оборванный, финал второй «книги в книге» дает намек на продолжение повествования, суть которого в аннотации выражена так: «…сложный и порой жестокий мир современных мужчин. Это мир переживаний и предательства, мир одиночества и молитвы, мир чиновничьих интриг и простых человеческих слабостей…»Понятно, что имеются в виду не абы какие «современные мужчины», а самый что ни на есть цвет нации, люди, облеченные высокими полномочиями в силу запредельных должностей, на которых они оказались, кто — по собственному горячему желанию, кто — по стечению благоприятных обстоятельств, кто — долгим путем, состоящим из интриг, проб и ошибок… Аксиома, что и на самом верху ничто человеческое людям не чуждо. Но человеческий фактор вторгается в большую политику, и последствия этого бывают непредсказуемы… Таков основной лейтмотив любого — не только авторства Валерия Казакова — политического романа. Если только речь идет о художественном произведении, позволяющем делать допущения. Если же полностью отринуть авторские фантазии, останется сухое историческое исследование или докладная записка о перспективах некоего мероприятия с грифом «Совершенно секретно» и кодом доступа для тех, кто олицетворяет собой государство… Валерий Казаков успешно справился с допущениями, превратив политические игры в увлекательный роман. Правда, в этом же поле располагается и единственный нюанс, на который можно попенять автору…Мне, как читателю, показалось, что Валерий Казаков несколько навредил своему роману, предварив его сакраментальной фразой: «Все персонажи и события, описанные в романе, вымышлены, а совпадения имен и фамилий случайны и являются плодом фантазии автора». Однозначно, что эта приписка необходима в целях личной безопасности писателя, чья фантазия парит на высоте, куда смотреть больно… При ее наличии если кому-то из читателей показались слишком прозрачными совпадения имен героев, названий структур и географических точек — это просто показалось! Исключение, впрочем, составляет главный герой, чье имя вызывает, скорее, аллюзию ко временам Ивана Грозного: Малюта Скураш. И который, подобно главному герою произведений большинства исторических романистов, согласно расстановке сил, заданной еще отцом исторического жанра Вальтером Скоттом, находится между несколькими враждующими лагерями и ломает голову, как ему сохранить не только карьеру, но и саму жизнь… Ибо в большой политике неуютно, как на канате над пропастью. Да еще и зловещая тень гоблина добавляет черноты происходящему — некая сила зла, давшая название роману, присутствует в нем далеко не на первом плане, как и положено негативной инфернальности, но источаемый ею мрак пронизывает все вокруг.Однако если бы не предупреждение о фантазийности происходящего в романе, его сила воздействия на читателя, да и на правящую прослойку могла бы быть более «убойной». Ибо тогда смысл книги «Тень гоблина» был бы — не надо считать народ тупой массой, все политические игры расшифрованы, все интриги в верхах понятны. Мы знаем, какими путями вы добиваетесь своих мест, своей мощи, своей значимости! Нам ведомо, что у каждого из вас есть «Кощеева смерть» в скорлупе яйца… Крепче художественной силы правды еще ничего не изобретено в литературе.А если извлечь этот момент, останется весьма типичная для российской актуальности и весьма мрачная фантасмагория. И к ней нужно искать другие ключи понимания и постижения чисто читательского удовольствия. Скажем, веру в то, что нынешние тяжелые времена пройдут, и методы политических технологий изменятся к лучшему, а то и вовсе станут не нужны — ведь нет тьмы более совершенной, чем темнота перед рассветом. Недаром же последняя фраза романа начинается очень красиво: «Летящее в бездну время замедлило свое падение и насторожилось в предчувствии перемен…»И мы по-прежнему, как завещано всем живым, ждем перемен.Елена САФРОНОВА

Валерий Николаевич Казаков

Детективы / Политический детектив / Политические детективы