Читаем Русский дневник полностью

В Москве я обнаружил неприятную черту характера Капы, и, думаю, будет правильно назвать ее здесь – на случай, если какая-нибудь молодая особа вдруг получит от него предложение вступить в брак. Он – ванная свинья, причем очень любопытный экземпляр. Его метод заключается в следующем: он встает с постели, скрывается в ванной комнате и набирает полную ванну воды. Затем он лежит в этой полной ванне и читает, пока его не сморит сон. Крепкий сон может продолжаться до двух или трех часов утра. Понятно, что, пока он находится в ванной комнате, ее невозможно использовать для любых более серьезных целей. Я предлагаю эту информацию о Капе в качестве услуги обществу. Если в доме есть две ванных комнаты, то Капа – это очаровательный, интеллигентный, уравновешенный спутник. Если одна ванная, то Капа – это просто…

Скоро мы погрузились в тонкости хождения русских денег. Оказывается, они имеют несколько значений – официальных и неофициальных. Официальный курс составляет пять рублей за один доллар. Курс американского посольства – двенадцать рублей за один доллар. Но на черном рынке можно купить рубли из расчета пятьдесят рублей за один доллар, а некоторые южноамериканские дипломатические миссии покупают рубли в других странах, например в Польше или Чехословакии, по курсу сто рублей за один доллар. Американское посольство, строго придерживающееся в этом вопросе честного курса двенадцать к одному, подвергается критике со стороны некоторых своих сотрудников, которые считают, что такой подход не выгоден. Так, если сотрудник нашего посольства устраивает вечеринку по курсу двенадцать к одному, то она обходится ему значительно дороже, чем сотруднику одного из вышеназванных посольств, который меняет доллары на рубли в соотношении сто к одному и наслаждается невероятной дешевизной.

При регистрации в гостинице «Савой» мы получили по три талона на питание на каждый день, то есть на завтрак, обед и ужин. Пользуясь этими талонами, мы вполне нормально питались в гостиничном ресторане. В коммерческих ресторанах еда была гораздо дороже, но ненамного лучше. Так, пиво было кислым и очень дорогим – в среднем полтора доллара за бутылку.

Во второй половине дня из ВОКСа прислали машину, чтобы отвезти нас на собеседование. У нас создалось впечатление, что между Союзом писателей и ВОКСом произошло сражение за то, кто будет отвечать за наш прием. ВОКС потерпел поражение – и получил нас. Это учреждение находится в маленьком красивом особняке, который когда-то принадлежал состоятельному торговцу. Господин Караганов[8] принял нас в очень приятном для работы месте – своем кабинете, стены которого были отделаны до самого верха дубовыми панелями, а потолок выполнен из цветного стекла. Господин Караганов, молодой осторожный светловолосый человек, говорил по-английски медленно, тщательно подбирая слова. Сидя за столом, он задал нам множество вопросов. За разговором он машинально водил по бумаге карандашом, один конец которого был красный, а другой синий. Мы объяснили свой план: никакой политики, просто хотим поговорить и понять русских крестьян, рабочих, рыночных торговцев. Хотим посмотреть, как они живут, и постараться рассказать об этом нашим людям, чтобы они хоть что-то могли понять. Караганов молча слушал нас и рисовал карандашом галочки.

Наконец он сказал:

– Но ведь были и другие люди, которые хотели сделать это.

И он назвал имена нескольких американцев, которые написали книги о Советском Союзе.

– Они сидели в этом же кабинете, – произнес он, – и говорили одно, а потом вернулись домой и написали совсем другое. Так что, если мы испытываем некоторое недоверие, то именно по этой причине.

– Не думайте, что мы приехали сюда с каким-то определенным настроем, положительным или отрицательным, – ответили мы. – Мы приехали сделать репортаж, если получится. Мы хотим просто записать и заснять все, что мы увидим и услышим, без всяких редакционных комментариев. Если что-то нам не понравится или мы чего-то не поймем, мы тоже об этом напишем. Мы приехали сделать репортаж. Если сможем написать репортаж, за которым приехали, то напишем, если не сможем – что ж, это будет другая история.

Караганов кивнул – очень медленно и как-то задумчиво:

– В это мы можем поверить, – произнес он. – Но мы очень устали от людей, которые, приезжая сюда, резко становятся прорусскими, а потом возвращаются в Соединенные Штаты и так же резко превращаются в антирусских. У нас накопился немалый опыт такого рода.

– Наша организация, ВОКС, – продолжал он, – не имеет ни большой власти, ни большого влияния. Но мы сделаем все, что сможем, чтобы вы смогли выполнить ту работу, которую задумали.

Затем он задал нам множество вопросов об Америке.

– Многие из ваших газет говорят о войне с Советским Союзом. Хочет ли американский народ войны с Советским Союзом?