Читаем Реформация полностью

Мечеть по-прежнему оставалась коллективной святыней мусульманского искусства. Там кирпич и черепица составляли лирику минарета; порталы из фаянса расцвечивали пыл солнца; кафедра демонстрировала резные контуры или инкрустированные хитрости своего дерева; великолепие михраба указывало поклоняющимся на Мекку; решетки и люстры предлагали свои металлические лакировки в знак уважения к Аллаху; ковры смягчали плиточный пол и амортизировали колени молящихся; драгоценные шелка окутывали освещенные Кораны. В Тебризе Клавихо восхищался «прекрасными мечетями, украшенными изразцами синего и золотого цвета»;43 а в Исфахане один из визирей Ульджайту установил в Пятничной мечети михраб, в котором прозаическая лепнина стала притягательной для арабесок и надписей. Сам Ульджайту возвел в Султании роскошный мавзолей (1313), планируя перенести в него останки Али и Хусейна, святых основателей шиитской секты; план милостиво провалился, и кости самого хана были помещены в этот внушительный кенотаф. Необъятны и величественны руины мечети в Варамине (1326).

Тимур любил строить и крал архитектурные идеи, а также серебро и золото у жертв своего оружия. Как завоеватель, он отдавал предпочтение массе, символизирующей его империю и его волю; как нувориш, он любил цвет и доводил декорирование до экстравагантности. Очарованный глазурованными голубыми изразцами Герата, он привлек персидских гончаров в Самарканд, чтобы они облицевали сверкающими плитами мечети и дворцы его столицы; вскоре город сиял и переливался прославленной глиной. В Дамаске он заметил луковицеобразный купол, вздымающийся над основанием и затем сужающийся кверху до точки; он приказал своим инженерам снять его план и размеры, прежде чем он упал во время всеобщего пожара; он увенчал Самарканд такими куполами и распространил этот стиль между Индией и Россией, так что теперь он простирается от Тадж-Махала до Красной площади. Вернувшись из Индии, он привез с собой столько художников и ремесленников, что они за три месяца возвели для него гигантскую мечеть — «Церковь царя» — с порталом высотой 100 футов и потолком, поддерживаемым 480 каменными колоннами. Для своей сестры Чучук Бика он построил погребальную мечеть, которая стала архитектурным шедевром его правления.44 Когда он приказал построить мечеть в честь памяти своей главной жены Биби Ханун, он сам руководил строительством, раздавал мясо рабочим на раскопках и монеты усердным ремесленникам и вдохновлял или заставлял всех работать con furia, пока зима не остановила строительство и не охладила его архитектурный огонь.

Его потомки достигли более зрелого искусства. В Мешхеде, на пути из Тегерана в Самарканд, предприимчивая жена Шах-Руха, Гавхар Шад, наняла архитектора Кавам ад-Дина для строительства мечети, носящей ее имя (1418). Это самое великолепное и красочное произведение мусульманской персидской архитектуры.45 Минареты с изысканными «фонарями» охраняют святилище. Четыре величественные арки ведут в центральный двор, каждая из которых облицована фаянсовой плиткой, «равной которой не было ни до, ни после».46 — великолепие не поддающегося времени цвета в сотне форм арабески, геометрических узоров, цветочных мотивов и величественного куфического письма, еще более сияющего под персидским солнцем. Над юго-западным «Портиком святилища» возвышается купол из голубой черепицы, соперничающий с небом, а на портале большими белыми буквами на голубом фоне начертано гордое и благочестивое посвящение королевы:

Ее Высочество, Благородная в величии, Солнце Неба целомудрия и непорочности…. Гавхар Шад — да будет вечным ее величие и да пребудет ее целомудрие!.. из ее частной собственности, и для блага ее будущего государства, и для дня, в который будут судить дела каждого, с усердием к Аллаху и с благодарностью…. построил этот великий Масджид-и-Джами, Священный Дом, в правление Великого Султана, Владыки Правителей, Отца Победы, Шах Руха….. Да сделает Аллах вечным его царство и империю! И да приумножит Он на жителях мира Свою доброту, Свою справедливость и Свою щедрость! 47

Мечеть Гавхар Шад была лишь одной из комплекса зданий, сделавших Мешхед Римом секты шиитов. Здесь поклонники имама Ризы на протяжении тридцати поколений создали архитектурный ансамбль, поражающий своим великолепием: изящные минареты, доминирующие купола, арки, облицованные светящейся плиткой или пластинами из серебра или золота, просторные дворы, чья сине-белая мозаика или фаянс отвечают на приветствие солнца: здесь, в ошеломляющей панораме цвета и формы, персидское искусство использовало всю свою магию, чтобы почтить святого и пробудить в паломнике благочестие.