Джордж атаковал стремительно; у него даже глаза блеснули желтым огнем. Из тьмы ему ответили рычанием, и в следующий миг из нее на дорогу выпрыгнуло крупное полосатое животное. Его шерсть стояла дыбом, из-за того, что была наэлектризована.

Эленот зашипел и бросился прочь, но нечто вылетело к нему из подворотни, в которой он только что скрывался. Схватило его за шею и подняло. Вцепилось в нее зубами и дернуло, отчего зверь пискнул и затих.

Это был Джордж. Не похожий на себя прежнего, он неподвижно стоял, не отпуская от себя эленота. Были слышны только мерзкие плямкающие звуки, в которых не было ничего хорошего. Едва они стихли, Джордж отлепился от шеи зверя, и Рихард заметил его большой щупальцеподобный язык, вернувшийся обратно в рот.

Не подававший больше признаков жизни эленот мешком упал на вымощенную камнем мостовую. Рихард лишь растерянно выдавил из себя пару звуков, когда Джордж, вытерев рот, как ни в чем не бывало, закутался в свои тряпки и направился к нему.

— Неужели. Надо было сразу поддаться его зову. Сразу полегчало, — остановившись, с улыбкой сказал он. — Это просто удача наткнуться на такой сочный экземплярчик. Интересно… А та говорящая животина посытнее будет?

Он вытер стекающую с губ темную струйку тыльной стороной ладони. Рихард никак это не прокомментировал.

— Если нет больше предложений, пойдем искать этого гаденыша. Я чувствую, он где-то неподалеку. Его магический запашок я ни с чем не спутаю, — Джордж выглядел повеселевшим и бодрым.

— Да, — сдвинул брови Рихард. — Веди.

Тот хихикнул и пошел вперед по темной дороге, поворачивая на перекрестках к главной улице, ведущей к выходу из города. И вот, когда одноэтажные дома и огороды остались позади, а дорога стала грунтовой и кругом раскинулись низкохолмистые поля с черным силуэтом леса на горизонте, Джордж остановился. Покрутился немного и указал рукой направо, где в окружении светлых валунов колыхалась высокая трава в небольшой темной низине. Это заставило Рихарда напрячься; хоть он и шел позади Джорджа, он на самом деле не знал, чего ему теперь от него ожидать. Если этот обратившийся в нечто иное человек вдруг остановится и нападет, это не станет сюрпризом.

Но то, с каким энтузиазмом и энергией Джордж бежал босиком по траве в эту низину, Рихард на мгновение подумал, что зря ожидал от этого парня проблем. Но когда тот остановился и по-звериному присел между двух больших камней, то все равно напрягся.

— Что такое? — нахмурился он, когда спустился к помощнику.

— Я… Не понимаю, — повернул к нему голову Джордж. — Он должен быть здесь, но его здесь нет. След обрывается.

— Ты что теперь, королевская ищейка? — с подозрением поинтересовался Рихард.

Но следом пожалел, что сказал это — Джордж выгнул колесом спину и одарил его хищной ухмылкой.

— А что, если и так? — по тону Джорджа можно было решить, что он съел наживку. — Это даже не плохо. Отличное преимущество для охотника.

Рихард сдвинул брови.

— Что еще ты можешь сказать? Есть варианты куда он мог деться?

Джордж отвернулся и поднялся на ноги. Подошел к ближайшему валуну и коснулся его ладонью. Приложился к нему носом.

— Забавно, — хихикнул он, отлепившись от камня. — Очень слабый душок тут. Это что, все, что осталось от каменных драконов? Они тут и сами на себя не похожи. Развалились на ходу.

— Мы говорили о Дрейке, — напомнил Рихард.

— Должно быть, его кто-то забрал… Кто-то знает о нем больше положенного…

— Его друг?

Джордж зарычал. Ударил кулаком по камню, отчего тот ухнул и разразился маленькими трещинками.

— Тогда я уничтожу всех его друзей, — повернувшись к Рихарду, прорычал он.

Тот проглотил поднявшийся к горлу ком от одного лишь хищного вида Джорджа. Сейчас тот был похож на волка, готового разорвать все на куски.

— Давай возвращаться обратно, — проглотив тяжелый ком в горле, осторожно сказал Рихард. — Нам надо раздобыть лошадей и постараться найти Пита. Без него мы не справимся.

— Определенно, — стиснув зубы, прошипел помощник.

Его остекленевшие глаза снова сверкнули желтым.

Рихард поспешил по пологому подъему к дороге. Со стороны города небо уже начало светлеть. Только вот зарево пожаров да черные облака дыма уродовали величественный восход солнца.

27. Воссоединение

Перед глазами плыли черно-желтые огни; в ушах не стихал рев и гул барабанов, похожий на перекрывающие друг друга крики. Иногда он усиливался в грохот, порой растягивался, или же сжимался, превращаясь в нечто, отчего кровь стыла в жилах.

Ужасное чувство переплетенной ярости и восхищения опустошала, и одновременно наполняло тело, затмевало разум. Но потом все начало стихать, пока вдруг резко не накрыло спокойствие и умиротворенность. Но вместе с этим пришла и боль; ломило все тело. Оно словно бы надулось и запульсировало, словно бы старалось заглушить ее.

Дрейк тяжело вдохнул. Холодный воздух вонзился в легкие, отчего захотелось кашлять. Но пошевелиться не было сил. Более того, казалось, что только от одного малейшего движения тело расколется на куски.