Читаем Рам-рам полностью

— Да, туда. Мы остановились в маленькой гостинице, туристов было немного. Там, наоборот, мы давно посетили все достопримечательности, но не уезжали. Я и тогда не задумывалась над этим. Нам было хорошо вдвоем, номер был уютный, мы часами гуляли. Тогда вообще все еще было спокойно, и я даже не предполагала…

Барбара вздохнула.

— Потом мы перелетели в Бенарес, остановились в большой грязной гостинице. Я знаю, в какой день это было — 4 ноября, в четверг, билеты на самолет остались у меня. И там, в Бенаресе, произошло что-то необычное…

— Что именно?

— Я не знаю. Но Роман стал каким-то обеспокоенным, даже встревоженным. Рано утром, я еще спала, он ушел, взял напрокат машину и сказал, что нам надо уезжать. А мы только накануне прилетели, даже Ганг еще не видели. И мы сели в машину, тряслись целый день по ужасным дорогам и приехали сюда.

— А вы поняли, почему вы приехали именно сюда?

— Тогда нет. Просто, я думала, это красивое место, — Барбара непроизвольно поиграла тонкими сандаловыми браслетами на своей руке. — Но Роман практически ничего здесь и не видел. Мы приехали вечером, а рано утром он уехал, и его не было два дня.

Я достал из сумки карманный компьютер и открыл календарь. 4-го ноября Ромка с Барбарой прилетают в Бенарес, 5-го утром уезжают и вечером прибывают в Орчху. Отсюда до Джайпура ехать целый день. Значит, он возвращается к ювелиру либо вечером 6-го, либо утром 7-го ноября, и несется обратно в Орчху.

— Он вернулся вечером 7-го ноября? — уточнил я.

— Не знаю, может быть. Он уехал рано утром и вернулся поздно вечером на следующий день.

— Но он должен был вам как-то объяснить все это? Он позвал вас вместе отдохнуть, а потом бросает и носится по всей стране, как угорелый.

— Естественно, я его спрашивала! Роман сказал мне, что он приехал в Индию защищать одного израильтянина, который попался на вывозе наркотиков. Суд отложили на неделю, и он решил не возвращаться в Тель-Авив, а попутешествовать по стране. И пригласил меня.

— И что же пошло не так?

— Он сказал, что люди, продавшие тому израильтянину наркотики, тоже были арестованы. И их друзья выследили его и попытались надавить, чтобы его подзащитный изменил показания. Поэтому Роман спрятал меня здесь, а сам уезжал, пытаясь уладить этот вопрос.

Ну, что же! Объяснение довольно логичное. Ромка не мог придумать легенду, в которой концы не сходились бы с концами.

— Хорошо! — продолжил я. — Роман приехал 7-го вечером…

— Очень поздно, уже ночью. Он уверил меня, что все налаживается. Ему надо было только съездить на день-два в Дели, чтобы встретиться там с кем-то в суде или в полиции. Он должен был вернуться 10-го ноября.

Ромку, напомню, убили девятого. Но раз он собирался уезжать из Индии и даже покупал подарки, почему он не взял с собой в Дели Барбару? Он мог бы провериться сто раз на дороге, что за ним не было хвоста, и, приехав в Дели, поселить Барбару в другой, дорогой и хорошо охраняемой, гостинице. А самому заселиться в «Аджай Гест Хаус», раз уж у него там была назначена встреча — если он остановился там по этой причине. Потом он встречается с нужным человеком, они с Барбарой едут в аэропорт и благополучно улетают из страны, в которой на Ромку объявлена охота.

— Почему вы не поехали с ним в Дели? Какой смысл был оставаться здесь?

Барбара кивнула.

— Естественно, я хотела ехать с ним. Но Роман сказал, что мы полетим из Индии через Бомбей, и мне нет смысла два дня трястись в машине по этим дорогам. Он привез билеты на самолет из Гвалиора в Бомбей на 11-е число. Они до сих пор у меня.

— Почему через Бомбей? Это на другом конце страны?

— Я тоже задала этот вопрос. Роман был уверен, что так безопаснее — так ему советовали в индийской полиции. И для меня спокойнее было подождать его в Орчхе, а не в Гвалиоре. Здесь меня никто не стал бы искать.

Версия с наркодельцами, которые хотели оказать давление на адвоката, была правдоподобной. Могла Барбара подозревать, что дело совсем не в этом? Ляхов не пальцем был сделан, но и она на дуру не похожа.

— А кто мог бы вас здесь искать? — спросил я, как если бы и не слышал про дело с наркотиками.

Барбара посмотрела на меня.

— Те, кто потом все-таки убили Романа. Или, например, вы. Это, надеюсь, не одно и то же? Хотя мне наплевать.

Я посмотрел на нее. В глазах у Барбары была такая боль, что я снова уткнулся себе под ноги.

— Вы не знаете, как это — ждать, каждую минуту боясь узнать худшее, — продолжала она. — Провести так два часа — все равно, что побывать в аду. А я жила так последние две недели.

Барбара вдруг резко повернулась и побежала вверх, к ступеням заброшенного храма Четырехрукого Вишну. Поколебавшись, я вскарабкался за нею вслед и заглянул в проем двери, обложенный почерневшим камнем. Барбара прислонилась головой к стене и плакала, пряча лицо в ладонях. Я вернулся к лестнице и сел на ступеньку.

Барбара появилась минут через пятнадцать. Глаза у нее покраснели, на нижнем веке потекла тушь. Она села рядом со мной на ступеньку и натянула платье на колени.

— Вы ведь не частный детектив? — скорее утвердительно сказала она.

— Нет.