– …И в мае мы поднимем в честь него флаги, ура… А потом, та-да-да-дам! – Ольга починила часы, и они с Поповым подружились. Но больше всего мне понравилась книжка, которая называлась…

– Ну хватит, прекрати! – Я схватил Ирис за руку.

Ирис вскрикнула от боли и отдернула руку.

– Почему ты сразу не сказала?

– Ты тоже не сказал, что знаешь, кто я.

– Я и не знал, пока не увидел твои носки.

– Не знал, как же!

– Честное слово. А вот носки я знаю. И знаю, кто тебе их подарил. – Я приподнял штанину и показал Ирис свои такие же. – Как только я увидел их, сразу понял, откуда и они, и твое яблоко. Антоновку не продают на рынке. Яблоко тебе тоже положили в почтовый ящик.

– Ну да, – вздохнула Ирис. – Я не хотела, чтобы кто-то знал. Не очень-то приятно рассказывать, что у тебя родители со странностями. А тебе кто рассказал?

– Аманда.

– Что за Аманда?

– Та, которая принесла нам обоим носки. Я сбежал из дома и живу теперь у нее. И радио она придумала. Как только я увидел чек от бутылок, у меня в голове сложился пазл. Я вспомнил, что одна из слушательниц радио – восьмилетняя девочка, которая сдает бутылки и покупает на эти деньги книжки.

– Я обожаю книжки.

– И я. – Я незаметно оглядел Ирис. – …К тому же весьма функциональная.

– Что?

– Ну, твоя категория. Это значит, что…

Тут в школе прозвенел звонок, и со двора послышался шум.

– А, ладно, потом объясню. – Я встал со скамейки. – Хорошо поболтали. Завтра после школы на том же месте?

– Договорились, – улыбнулась Ирис.

<p>План ирис</p>

На следующий день после школы я ждал Ирис на школьном дворе. Я не отрываясь следил за футбольным матчем на площадке и совершенно не заметил, как кто-то остановился рядом.

– О, Альфред. Почему ты не идешь домой?

Это был Астер в своей неизменной шапочке.

– Жду кое-кого.

– Вот оно что. И кто же этот твой приятель?

Не успел я ответить, как дверь школы распахнулась и оттуда выбежала Ирис.

– Извини, что задержалась, – выдохнула она и покосилась на Астера. – Что-нибудь случилось?

– Да нет… Пожалуй, ничего. – Астер покрепче зажал под мышкой свой портфель. На секунду показалось, что он что-то подозревает, но потом у него опять стало обычное деловитое выражение лица, он кивнул нам на прощание и ушел.

– Что он говорил? – Ирис присела рядом со мной.

– Да ничего особенного, задавал вопросы, – ответил я. – Он иногда бывает странным. Аманда тоже сразу сменила тему, когда я рассказал ей про Астера.

– А сама Аманда не странная?

– Сначала я так и подумал, но вообще-то нет. Аманда просто супер!

– Просто супер, та-да-да-дам! Кто молодец? Аманда молодец!

– Ну хватит.

Я был не в настроении шутить и не хотел, чтобы Ирис смеялась над моими передачами. Во время выпусков я как будто становился другим человеком. Таким классным, таким смелым. По радио я говорил быстро и находчиво, а лицом к лицу с другими людьми чувствовал себя неуверенно и путался в словах. Когда никто не смотрит, разговаривать гораздо легче. Тогда слова вылетают изо рта по доброй воле, без страха… К тому же я хотел, чтобы Ирис забыла о том, какую чушь я нес тогда в лесу. Хотел показать, что тоже умею говорить серьезно, а не одни сплошные «та-да-да-дам».

Ирис достала из кармана шоколадный батончик, разломила его и протянула половину мне. Я поблагодарил и сунул его в рот. Ирис предложила пойти к реке, и мы ушли со школьного двора.

Через город протекала река, ее во многих местах пересекали мосты. Один из них, тот, с которого я якобы уронил рюкзак, был как раз по пути. Это был старый гранитный мост с железнодорожными путями и пешеходной дорожкой. Мы спустились к берегу и залезли на насыпь под мостом. Ирис прислонилась спиной к каменной опоре моста и стала смотреть на воду.

– Почему ты убежал из дому? – спросила она вдруг.

– Не знаю. – Я сел на край насыпи и заболтал ногами над рекой. – Я вообще-то не собирался убегать, но в ту ночь, когда оказался в темном коридоре рядом с Амандой, вдруг почувствовал, что пора.

– Я тоже пыталась один раз убежать. – Ирис подошла и села рядом. – Надоело всё.

Ирис бросила в реку сухую ветку, та закачалась на поверхности воды. Мы молча смотрели на нее. Я ждал, что Ирис продолжит.

– Я как-то пошла к Майкки, этой нашей школьной психологине. Села на стул напротив нее, но не успела даже рта открыть – а она протягивает мне вазу с карамельками и говорит: «Как здорово, что у нас в школе есть такие девочки, такие умницы». Похвалила меня и пошла к двери. Там ее ждал шестиклассник, который стащил из кабинета труда гвозди и молоток и продырявил шины нескольким учителям. Она позвала его зайти, а мне улыбнулась и сказала: «Ирис, продолжай в том же духе, все у тебя хорошо».

– Может, тебе тоже попробовать гвозди и молоток?