Читаем Пустые Холмы полностью

– Может, еще тогда Святогор нажил себе врагов? – предположила Мариетта Юрьевна. – Его смерть стала для нас таким потрясением!

– Но разве Святогора убили не из-за перстня, который он носил? – вмешалась Маргарита. – Что? Бабуля, да об этом писали в газете!

– Тут я ничем помочь не могу, – ответил Остромыслов.

– Но раз вы были его другом, вы могли знать что-то такое, что помогло бы расследованию, – оживилась Черная Курица.

– Что ж, все, что я знаю, я уже сообщал Ирвингу. У Святогора были тайные отношения с замужней женщиной. Да она была совсем девчонка, судя по его рассказам. Само собой, имени он не называл. Он тяготился этими отношениями. Был и правда в нее влюблен – вот так, в таком-то возрасте. Но не хотел вырывать ее из семьи, рушить ее брак с уважаемым человеком. Так они промучились какое-то время… Знаю только, что в день смерти у него было с ней свидание.

– Что?! Его убила знатная девица? – воскликнула Полина.

– Я не стал бы бросаться такими выводами. За ней могли установить слежку и благодаря этому выйти к его дому. Например, оставить След на ее руке – а она, глупенькая, и не заметила, так торопилась на свидание к возлюбленному. Так вы, – обратился Андрей Мстиславович к Черной Курице, – решили продолжить это расследование?

– Меня больше интересует нападение на Мариетту Юрьевну. И когда я опрашивала соседей, вас не было дома.

– Ох, Катенька, это не он. Уверяю.

– Для меня ценны показания всех жителей.

– Я знаю не больше остальных, – сказал Остромыслов. – Это место и впрямь небезопасно. Звездинка, конечно, никого об этом не предупредил, но с каких пор сами колдуны стали так наивны?! Мы поселились на еще не освоенной земле, на которой действуют ее собственные магические законы. Здесь могут не сработать некоторые заклинания, а следов нашей магии просто не удастся найти.

– Но Долина со всех сторон просматривается, чужака бы заметили, – возразила Черная Курица. – А вот кто-то из своих…

– Совсем необязательно. Если идти с моря, то дом Мариетты будет чуть ли не первым на пути. И никто из соседей не успеет разглядеть незнакомцев.

– Но как можно прийти с моря? – усмехнулась Черная Курица. – Если ты, конечно, не Водяной маг. Как подплыть незамеченным? Где спрятать лодку? И как, в конце концов, выбраться на берег?

– Вовсе не нужно ни на чем подплывать! В Гандвиге растут редкие водоросли саамри, и умельцы всегда находили способ добыть их именно здесь. А ведь для этого нужно пробираться чуть ли не по отвесным скалам прямо над морем. И как-то потом эти травники ведь оттуда вылезали?

– Что? – Лицо Черной Курицы вытянулось. – Вы хотите сказать, что кто-то может пробираться сюда по скалам и добывать водоросли? До сих пор?

– В теории это возможно. Я представляю, где бы это можно было делать.

Екатерина Юрьевна вскочила:

– Я же говорила, что мне нужны ваши сведения! Ну? Идемте! Покажете мне место!

– Но, – робко произнесла Мариетта Юрьевна. – Катюша… Может, вы с Андреем хотя бы допьете чай?

Она вопросительно глянула на соседа, но тот только развел руками, будучи не вправе ослушаться приказа дружинницы.

Маргарита подскочила, будто собралась напроситься с ними, но вдруг осела, коснувшись мешочка, который болтался на груди на плетеном шнурке. Полина догадалась, что это значит: там появилось письмо!

Маргарита хватанула воздух и едва не закашлялась. Она поймала понимающий Полинин взгляд: та указала ей на открытую дверь соседней комнаты и кивнула – мол, иди, я что-нибудь придумаю. Маргарита снова встала и без объяснений ринулась туда.

«Неловко признавать, что твои письма вселяют надежду на успех моего предприятия. А ведь это я, твой наставник, должен поддерживать тебя в трудную минуту, а не наоборот.

Радостно читать о мудрых решениях нового наставника. Он как всегда прав, так что не стоит пугаться разрушительной силы эмоций. Они – порождение твоего естества, поэтому не могут тебя поглотить. Как огонь не причиняет тебе вреда, так же и эмоции созданы, чтобы направлять, а не губить. Дерево не может разрушить лес, а волна – море.

А вот переживания за твоего друга и завышенные ожидания сообщества вызывают у меня тревогу. Страшно разочаровать тех, кто на тебя рассчитывает. Хотя бояться по-настоящему стоило бы только разочарования в себе самом. Пожалуй, это единственное чувство, которое действительно может погубить человека. Мне было чуть больше двадцати, когда я покинул наше сообщество и выбрал иной путь. И только спустя много лет понял, что это не судьба вела меня, это я сам сделал такой выбор, чтобы сбежать от проблем. А когда я узнал, к чему это привело дорогих мне людей, разочаровался в себе сполна! А уж другие – тем более.

Хочется написать, что я пережил это. Но буду честен: я только на пути к исцелению. Не знаю, почему это рассказываю. Наверное, я хочу предостеречь тебя от ошибок. Воспитанники встретили меня уже после всех описанных событий. Вы не знали меня другого. И поэтому в ваших глазах я не читаю следов разочарования.

Кажется, мое письмо становится слишком личным. У меня даже проскользнула мысль о том, чтобы сжечь его по собственному совету.