– Верно! – согласился Доктор. – Ну что ж, если мы больше не свидимся, тогда прощайте!

Доктор перекинул через плечо безвольное тело принца и повернул к реке, а Ржавый и Малец припустились к лагерю Чана.

– Будем надеяться, что Доктор найдет лодку и переправиться на противоположный берег Меконга, тогда бандиты Шнайдера не смогут из схватить. Ну, а мы с тобой… Теперь ты снова принц Сюдэссекский, а я капитан Брэдфорд.

– Вид у нас, правда, слегка потрепанный.

– Не беда. Зато видно, что на нас мундиры британских офицеров. А когда путешествуешь в джунглях, трудно выглядеть как с иголочки – это всем понятно… Послушай… Когда я узнал, что ваш бивак забросали гранатами, я очень за тебя испугался.

Малец замер на ходу и повернулся к Ржавому:

– Очень испугался? Правда?

Ржавый долго смотрел в глаза другу и наконец тихо проговорил:

– Очень-очень…

И они впервые поцеловались.

Вслед за короткой остановкой они вновь поспешили на север. У второго поворота тропы как из-под земли выросли восемь полуголых аннамитов с наведенными на путников ружьями.

– Стоять!

Приземистый китаец с соломенной шляпе и с широким кинжалом в руке пробился вперед:

– Кто вы и куда идете?

– Я принц Сюдэссекский, а это капитан Брэдфорд. Нам нужен генерал Чан.

– Следуйте за мной! – коротко распорядился китаец, а темнокожие воины, окружив пришельцев, вмиг образовали конвой. Друзьям оставалось лишь молча повиноваться.

2

Вскоре они подошли к форпосту лагеря Чана. Ржавый, будучи, как мы уже упоминали бывалым воякой, с удивлением оглядывался по сторонам. Эта часть болотистых джунглей, которая, если верить карте, является франко-британской территорией, на самом деле представляла собой самую дикую, неисследованную область Индокитая. И как было не удивиться, обнаружив среди глухих зарослей добротные бараки, утрамбованные дороги… Короче, все напоминало лагерь колониального гарнизона, разбитый на европейский лад. Все жесты и движения солдат – четкие, слаженные, отвечающие воинскому уставу, – свидетельствовали о хорошей выучке. Вытягиваясь перед офицерами, они за неимениями каблуков, «щелкали» босыми пятками; сторожевые посты были выставлены в наиболее выгодных с тактической точки зрения пунктах, а от зачищенного пальмового ствола в джунгли уходили провода. Это мог быть телефон или телеграф. Ржавого и Мальца завели в первый барак. Здесь стояли грубый стол, несколько скамеек, на столе – телефонный аппарат. Должно быть, по другую сторону китайской границы нетрудно было раздобыть необходимое оборудование. За столом сидел низенький китаец с усами, как у сома, и живыми темными глазками.

– Садитесь. Что вам угодно? – Его английский был безупречен.

– Не так давно мы предупреждали генерала Чана о своем приезде: принц Сюдэссекский и капитан Брэдфорд.

– Генерал, – проговорил китаец, самой интонацией подчеркивая уважение к обладателю этого ранга, – в настоящий момент в штаб-квартире, примерно в получасе ходьбы отсюда. Я сейчас же свяжусь с ним по телефону. – Он взялся за аппарат.

Ржавый выглянул в окно. Лес в этом месте редел, видимо, джунгли обрывались где-то за лагерем. Лужайка неподалеку позволяла обозреть устремленный ввысь, покрытый вечным снегами хребет Луанг, узкий перевал которого проходил поблизости от лагеря. «Наверное, тут у них и пограничная застава», – подумал Ржавый. В противоположной стороне, обрамленные девственными лесами, плескались широкие бурные воды Меконга.

Китаец тем временем по-аннамитски прочирикал что-то в телефон, затем, положив трубку, с вежливой улыбкой обратился к гостям:

– Ваше высочество, генерал выезжает для переговоров с вами. Извольте пройти в кабинет главнокомандующего.

– А я? – поинтересовался Ржавый.

– Вы по приказу генерала будете сегодня же повешены. – Не моргнув глазом ответил китаец.

3

– Как вы сказали? – переспросил Ржавый. – Прошу прощения, но мне послышалось, будто меня собираются повесить.

Китаец с предупредительной улыбкой энергично закивал головой.

– О да, вы не ослышались! Пардон… – И он повернулся к солдатам: – А ну, мерзавцы, связать почтенного господина капитана.

Под прицелом восьми винтовок Ржавый счел за благо не сопротивляться. Малец застыл с полуоткрытым от ужаса ртом.

– Не скажите, господин китаец, – поинтересовался Ржавый, – отчего генерал ухватился за эту не слишком оригинальную идею?

– Нам не дано постичь мотивы поступков сильных мира сего.

– Господин капитан сопровождает меня! – воскликнул Малец. – Я протестую…

– Покорнейше прошу прощения, ваше высочество, но все протесты бесполезны. Не в моей власти отменить приказ генерала. Генерал Чан высказал пожелание, чтобы достопочтимого капитана вздернули в ту же минуту, как он сюда прибудет. Генералу не хотелось бы упускать такое редкое зрелище.

– Сэр! – воскликнул Роджер, обращаясь к Мальцу. – Мужайтесь и помните о своих обязанностях. Даже если меня повесят, вы все равно должны вступить в переговоры с генералом… – Он не успел закончить фразу – его схватили за руки и потащили прочь.

– Немедленно соедините меня с генералом! – вскричал «принц». – Здесь какое-то недоразумение…