Мама не возвращалась в Элитию после того, как на неё обрушилось проклятие. Она не знала, что стало с отцом её ребёнка и с её самой близкой подругой. Девочка пожалела, что никогда не спрашивала их имён. Её инстинкт подсказывал, что это крайне важно. А она привыкла доверять своим инстинктам.

Нетерпение буквально сжирало Тэм изнутри, так что она босиком выбежала из своей спальни и направилась в комнату матери. Та крепко спала, укутавшись в одеяло.

Опустившись на колени возле кровати, девочка тихо позвала:

– Мам, ма-а, проснись.

Женщина в панике приподнялась и распахнула глаза.

– Тэм, милая… Что случилось?

– Ничего, всё в порядке, – успокаивающим тоном ответила та и легонько погладила матушку по плечу. – Я просто хотела узнать, как звали твою лучшую подругу. Ну ту, из Элитии.

Самара несколько раз моргнула, пытаясь собраться с мыслями, а потом ответила осипшим ото сна голосом:

– Селена. Её звали Селена. – Она закрыла глаза и опустилась на подушку. – Давай поговорим об этом завтра, хорошо?

И женщина тут же погрузилась в сон.

Тэм поднялась на ноги и медленно пошла обратно в свою спальню. Её сердце колотилось так, будто собиралось выпрыгнуть из груди.

Лучшую подругу матери звали Селеной…

Так же, как и женщину, превращённую магией в единорога…

Мысли бешено носились в голове растерянной девочки.

В пещере Селена сказала, что была очень важной особой и жила во дворце. Может, она была принцессой? Тогда на стене был нарисован спящим её родной брат. Если верить рассказам матери, принц Элитии погрузился в беспробудный сон ещё до того, как то же самое произошло со всеми остальными жителями королев- ства.

Затем Тэм постаралась вспомнить, что ещё её мама рассказывала о своей лучшей подруге. Они выросли вместе, в одном доме: Самара, Селена и её брат, отец девочки. Он серьёзно болел, перед тем как на остров обрушилось проклятие. Но не значит ли это, что?..

Юная охотница ахнула. Значит, её отец был принцем Элитии, а женщина, обращённая в единорога, приходится ей родной тётей!

Ждать целый месяц, чтобы рассказать обо всём Селене, было выше её сил. Луна всё ещё висела высоко над лесом. Если она преодолеет весь путь бегом, то успеет наведаться в пещеру единорога и покинет её до рассвета.

Тэм знала, что наутро её мать и не вспомнит об этом разговоре. Более того, от недавнего пробуждения её сон стал только крепче, так что теперь можно было не опасаться, что её разбудит скрип половиц. Девочка накинула плащ прямо поверх ночной рубашки и на босу ногу натянула высокие кожаные сапоги. Затем она настежь распахнула входную дверь и бросилась в сторону леса Блик прямо через поля.

Восход солнца

Селена

Камнекот ничего не ответил, но сейчас это волновало принцессу меньше всего.

Она узнала нечто настолько важное, что просто не могла доверить это безразличным стенам пещеры. Она решила сейчас же рассказать обо всём Тэм.

Выбежав прочь, она не сообщила другу, куда направляется. А тот и не думал спрашивать. Небо сменило свой цвет с угольно-чёрного на синий, а значит, уже приближался рассвет. Женщина решительно направилась в сторону деревни, надеясь, что ей хватит времени разыскать там племянницу.

Она со всех ног неслась по тропе, перепрыгивая через торчащие корни и хватаясь за стволы деревьев, чтобы не упасть на резких поворотах. Лес Блик пробудился ото сна. Шум её шагов заставил птиц в ужасе разлететься, а нелюдимые создания тьмы попрятались в кусты и забились поглубже в свои пещеры. К счастью, найти нужную дорогу оказалось несложно – кое-где всё ещё виднелись оставленные девочкой следы.

Принцесса остановилась на опушке и бросила нерешительный взгляд на поля, отделяющие лес от деревни. Впервые за долгие годы она осмелилась подойти так близко к поселению людей. Небо становилось всё светлее, не оставляя ей времени на раздумья. Собравшись с духом, она продолжила свой путь.

После ночных заморозков трава покрылась тонкой корочкой льда. Она приятно хрустела под ногами Селены, которая бежала по полю, наслаждалась забытым ощущением свободы. И вдруг из-за горизонта показался золотистый лучик солнца.

– Нет! – отчаянно закричала женщина, закрывая руками голову, словно это могло отсрочить момент её превращения. – Только не сейчас!

Она боялась, что рассвет сотрёт из её памяти самое ценное воспоминание. К тому же она оказалась посреди открытого пространства, где не было ни единого дерева или куста. А значит, она подвергала опасности любого, кто мог проснуться на заре и увидеть проклятое создание, выглянув из своего окна.

Принцесса развернулась в сторону леса и ринулась под спасительный покров деревьев, но было уже слишком поздно. Когда небо зарделось розовым румянцем, её руки удлинились, превратившись в лошадиные ноги. Когда рыжеватый свет окрасил поля в радостные утренние краски, её гладкая кожа покрылась блестящей белой шерстью. А затем, когда просторы наполнились щебетанием птиц, человеческий голос несчастной женщины смолк, и вместо него вырвалось громкое лошадиное ржание.