Придерживая ветку левой рукой, Тэм изо всех сил рубанула по ней остриём охотничьего ножа. Древесина надломилась, но прочные волокна молодой коры никак не хотели поддаваться. Тогда девочка повторила попытку, приложив вдвое больше усилий. На этот раз клинок справился со своей задачей. Но затем, двигаясь по инерции, он рассёк большой палец на левой руке своей хозяйки.

Та вскрикнула от боли и уронила ветку. Мягкая замша перчаток не могла защитить от острия ножа, и теперь по ней быстро расползалось липкое красное пятно. Осторожно сняв перчатку, Тэм осмотрела порез. Он оказался таким глубоким, что доходил почти до самой кости. Среди тишины дремлющего леса отчётливо раздавался ритмичный звук крови, капающей вниз на сухую листву. К горлу девочки подкатила тошнота, и она чуть было не лишилась чувств. Но после пары глубоких спокойных вздохов она вновь пришла в себя. Здоровой рукой охотница вернула оружие в ножны, а затем отыскала в сумке свою аптечку.

Хорошо, что она не оставила её женщине-единорогу! Смочив чистый платок бензоиновым маслом, Тэм обмотала им палец и сморщилась от боли. Возможно, маминой волшебной настойки окажется недостаточно, и дома придётся наложить на рану несколько швов.

В ярком свете полной луны девочка покинула лес Блик с добычей за спиной и берёзовой веткой в руке. Её палец всё ещё кровоточил, и пульсирующая боль растекалась от него по всей руке. Тэм поранилась на охоте не в первый и точно не в последний раз, и всё же в её голове настойчиво звучал голос матери:

Но никакие предостережения не могли бы заставить юную охотницу избегать лесных дорог.

Кровавые отпечатки

Тэм

Когда девочка вошла в дом, её мать всё ещё не спала. Она вышла навстречу дочери и побелела, увидев на берёзовой ветке кровавые отпечатки.

– Это твоя кровь? – в ужасе воскликнула она, но ответа не потребовалось, ей в глаза бросилась окровавленная повязка на руке дочери. Женщина тут же кинулась на кухню за аптечкой. Оценив глубину раны, она решила, что её не нужно зашивать, всё и так заживёт в течение недели. Она ещё раз обработала порез бензоиновым маслом и заботливо подула на палец, когда лекарство начало щипать.

– Странное дело, правда, мам? – как бы между делом сказала Тэм. – За последний год в лесу Блик со мной не произошло ничего плохого. Но стоило мне отправиться в Серебристую рощу, и на тебе – чуть не оттяпала себе палец.

В её глазах заблестели хитренькие огоньки. Очевидно, она надеялась таким образом заставить матушку снять свой недавний запрет, но этого не произошло. Самара ничего не ответила и лишь едва заметно сжала губы. Она всегда делала так, когда не желала о чём-то говорить. Видимо, данный вопрос по-прежнему не подлежал обсуждению.

Но девочка и не думала возвращаться к недавнему спору. Заколдованная женщина просила остерегаться её в обличье единорога. А значит, Тэм могла спокойно охотиться в Серебристой роще целый месяц, пока не взойдёт Морозная луна. А уж к тому времени мама наверняка решит, что лес Блик больше не представляет опасности.

Юная охотница задумалась, в мельчайших подробностях вспоминая всё, что узнала от Селены. Ей определённо будет чем заняться до следующего полнолуния. Добрая девочка решила во что бы то ни стало помочь своей новой знакомой. Сейчас она как раз размышляла, с чего бы начать. И вдруг её осенило.

Мама считала, что проклятый единорог впервые появился именно в Элитии. К тому же даму из леса очень заинтересовали платки, привезённые из того же королевства. Что, если между уснувшим островом и Селеной действительно есть какая-то связь?

В этом и правда стоило разобраться. Тэм собиралась с духом несколько дней. Ей не хотелось огорчать маму расспросами, но, в конце концов, она делала это из лучших побуждений, а не из праздного любопытства.

В тот вечер они сидели за кухонным столом и резали опавшие яблоки, чтобы приготовить из них яблочное масло. Палец девочки всё ещё болел, поэтому она выполняла самую простую работу – срезала с фруктов помятые при падении бочка.

– Ма, а расскажи мне про Элитию… – аккуратно попросила она.

Самара сняла с яблока кожуру и искоса посмотрела на дочь:

– Зачем?

– Понимаешь, чем старше я становлюсь, тем чаще задумываюсь, как бы всё сложилось, если бы на остров не наложили проклятие. Мне интересно, какой была бы моя жизнь, если бы я росла не здесь, а там.

– Но нам ведь и здесь неплохо живётся, правда, Тэм? – с тенью тревоги произнесла женщина.

– Конечно, я здесь очень счастлива, – успокоила её девочка. – Мне просто интересно.

Её мать взяла новое яблоко и ловко очистила его, не отрывая ножа. На стол спиралью опустилась зелёная кожура.