Одно поле сменялось другим, пустынные дороги освещал тусклый утренний свет, пробивающийся сквозь тяжёлые облака. На одном из пригорков принцесса заметила фермера, собирающего поздний урожай. Он во все глаза смотрел на прекрасного диковинного зверя.

– Нет! – закричала девушка. – Я проклята, отвернись! – Но вместо звонкого голоса раздалось низкое глубокое ржание. Резко повернув в другую сторону, она поспешила скрыться за ближайшим холмом.

«Меня зовут принцесса Селена…»

Она знала, что у этой фразы есть какое-то продолжение, где упоминаются важные имена, но вспомнить их уже не получалось. Она чувствовала себя виноватой и испуганной, но уже не понимала, куда бежит и от кого пытается скрыться.

Начинался дождь. Холодные капли безжалостно хлестали её по вытянутой морде. Грива прилипла к шее, а хвост потяжелел от пропитавшей его воды.

«Меня зовут…»

Но она так и не сумела вспомнить, как же её зовут. Она знала лишь то, что смертельно устала. Наверное, она сразу же вспомнит всё, как только хорошенько выспится. Ей на глаза попалась очередная ферма. Мужчина кормил скот в сарае, напевая какую-то тихую песню. Как только он ушёл, бедняжка поспешила занять пустое стойло. Коровы сперва с подозрением смотрели на незваную гостью, но потом, поняв, что она не собирается на них нападать, перестали обращать на неё внимание. Устроившись на сухом мягком сене, она закрыла глаза и уснула.

Когда дождь прекратился, коровы вышли на улицу полакомиться свежей травой. Она осталась одна и попыталась снова уснуть, но то и дело просыпалась, опасаясь возвращения фермера. Пару часов спустя принцессу разбудил мужской голос, напевающий всё ту же песню. Она неохотно поднялась на ноги и убежала через заднюю дверь сарая.

Лес блик

С момента превращения принцессы прошло три недели. Всё это время она скиталась по незнакомым просторам, скрываясь от людей. Днём она отсыпалась в каком-нибудь укромном месте, а ночью искала новое пристанище, останавливаясь лишь затем, чтобы пощипать траву или напиться воды из ручья. Чужие деревни, небольшие города и одинокие фермы – всё казалось бедняжке чужим. И как бы она ни старалась, ей не удавалось вспомнить, кто она и откуда пришла.

Но когда в небе появлялась луна, в сердце проклятого создания просыпалось необъяснимое чувство надежды. Она смотрела, как небесное светило уменьшается, превращаясь в тоненький месяц, а затем, перевернувшись, растёт с новой силой.

Когда на горизонте забрезжил рассвет, принцесса нашла пристанище под кустами терновника. Ветки неприятно кололись, зато листва выглядела достаточно густой и надёжной, чтобы защитить её от дождя или посторонних глаз. Она свернулась, поджав одеревеневшие от холода ноги, и уже приготовилась отойти ко сну, как неподалёку послышались чьи-то шаги.

– Сюда! – закричал высокий голос, принадлежавший, судя по всему, девушке или ребёнку. Единорог навострил уши и, затаив дыхание, придвинулся глазом к небольшому просвету среди листвы.

На опушке леса стояли две девушки, судя по всему, сёстры или подруги. Одна из них, та, что повыше, рылась в земле вокруг корней ели, а вторая стояла рядом, держа в руках две плетёные корзины.

– Смотри, какая тёмная почва, – сказала первая. – Здесь-то уж точно должны быть трюфели!

Так вот что они здесь делают! После недели проливных дождей стоило ждать неплохого урожая. Должно быть, они собирались продать эти редкие грибы повару каких-нибудь важных особ. Принцесса, обращённая в единорога, задумалась, но так и не смогла вспомнить, откуда ей вообще известно о трюфелях.

Невысокая девушка поставила корзины в густую траву и сонно потянулась.

– Кажется, здесь мы уже всё осмотрели.

Её спутница обернулась и с хитрой улыбкой произнесла:

– Пойдём в лес, там нас ждёт настоящее богатство! Ты же знаешь, трюфели лучше всего растут там, где темно и сыро.

– Знаю. Но ноги моей не будет в лесу Блик. Всем известно, что он буквально кишит проклятыми существами.

– Какая же ты всё-таки трусишка, – усмехнулась высокая особа, отряхивая руки от земли.

Они повернулись спиной к лесу и дружно зашагали в другом направлении, продолжая подшучивать друг над другом и звонко смеяться. Сердце единорога забилось чаще. Казалось, оно помнило, каково это – смеяться вместе с близким другом.

Убедившись, что в поле зрения нет ни души, заколдованная девушка вылезла из-под куста. Ей не терпелось посмотреть, что же это за лес Блик, где живут проклятые создания. Судя по описанию, это место будто было создано специально для неё. Отыскав едва заметную тропинку, принцесса вошла под полог вековых деревьев. Переплетённые кроны почти не пропускали солнечный свет, а от поросшей мхами земли веяло холодом.

Среди гигантских тёмных стволов затесались валуны, похожие на забытые башни старинной крепости. Ветви деревьев причудливо скрючились, будто замерев в каком-то дьявольском танце. Они то и дело цеплялись за прекрасную гриву единорога. Казалось, лес приветствует свою гостью, такую же проклятую, как он сам.