– Вот на что я бы действительно хотел посмотреть, – слегка улыбнувшись, ответил странный зверёк. – В таком случае я буду называть тебя Печальный-но-иногда-счастливый-единорог. Расскажешь мне ещё что-нибудь о себе?
–
– Не очень-то это раскрывает твою личность. Давай я задам вопрос иначе. Что тебе нравится, что тебя волнует?
Селена задумалась, пытаясь вспомнить. В последнее время её волновало лишь то, где поспать и как получше спрятаться. Но вдруг ответ пришёл из глубин её сердца.
–
– Думаю, всё это говорит о тебе куда больше, чем твоё имя. Может, не так уж и страшно, что ты его забыла?
Слова нового знакомого поразили принцессу своей мудростью и проницательностью. Видимо, он был куда умней, чем ей показалось на первый взгляд. Вот только интересно, кто он такой. Может, какой-нибудь карликовый тролль?
– Нет, я не тролль. Поверь, я нюхал троллей. Будь я одним из них, ты бы уже давно выбежала на свежий воздух. Думаю, я камень.
Заколдованная девушка смутилась. Видимо, теперь ей придётся контролировать свои мысли, раз уж её новый знакомый умеет их читать.
–
– Но я серый и скользкий. Прямо как камни в этой пещере.
–
Существо расплылось в лучезарной улыбке, такой широкой, что она заползала за уши и терялась из виду где-то с другой стороны его головы.
– Камнекот, – довольно протянул он. – Да, возможно, ты права и я действительно Камнекот. Мне нравится это имя. Ну что ж, Печальный-но-иногда-счастливый-единорог, похоже, ты больше не плачешь. Теперь я могу наконец спокойно поспать?
–
Ей и правда больше не хотелось плакать. Кто бы мог подумать, что, несмотря на чудовищное проклятье и пугающую темноту в этом скрытом ото всех месте, она сможет обрести здесь друга?
Глава 7
Мох и лишайник
На этот раз принцессе удалось как следует отоспаться. Проснувшись, она ощутила невыносимое чувство голода. На улице всё ещё было темно, так что она решила выбраться из пещеры и поискать еду. Вот только чем можно полакомиться в этом мрачном лесу? По дороге сюда ей не повстречалось ни единой зелёной полянки. «Что же едят местные обитатели?» – недоумевала она.
– По большей части мох и лишайник, – сонно отозвался Камнекот.
Заколдованная девушка вздрогнула от неожиданности. Непросто будет привыкнуть к тому, что кто-то слышит каждую её мысль. Но по сравнению с одиночеством это казалось наименьшим злом. К тому же кто поможет ей освоиться в этих местах, если не её новый знакомый?
Итак, все здесь питаются мхом. Селена представила слизкую зелёную корку на грязных камнях, и ей стало нехорошо.
– Да не таким же мхом, – слегка обиженно произнёс Камнекот. – Ты даже не представляешь, как это вкусно. Я как раз собирался пойти перекусить. Присоединишься?
Он направился к выходу и ловко прошмыгнул между лиан. Единорог последовал за ним. Над лесом Блик стояла глубокая ночь, но всё же на улице было значительно светлее, чем в гроте.
Наклонившись к земле, серый зверёк принюхался. Затем он медленно двинулся вперёд и вскоре скрылся в зарослях папоротника. Принцесса с интересом наблюдала за тем, как вздрагивают листья, а потом до неё донеслись чавкающие звуки.
–
– Не знаю. Но ты, если хочешь, попробуй его, а потом мне расскажешь. – Кусты вновь зашевелились, а затем стали резко проваливаться вниз. Камнекот ломал их и отбрасывал в сторону, открывая взгляду единорога небольшую площадку, поросшую пурпурным лишайником. – Но лучше съешь вот это. – Он высунул длинный острый язык и, обхватив им пучок фиолетовой зелени, отправил её себе в рот. – Поверь мне, Печальный-но-иногда-счастливый-единорог, это просто объеденье!
Селена наклонилась и, откусив маленький кусочек лишайника, стала медленно его пережёвывать, пытаясь уловить вкус. Он оказался терпко-горьким, с приятной ноткой фиалок. Друг не обманул – за последние несколько недель она определённо не ела ничего вкуснее.