Читаем Пробуждение полностью

– Это состояние позволяет нам, так сказать, взять под патронаж душу. Другое дело, что многие души не достойны особого внимания и ожидают естественной физиологической развязки. Помнишь первое, что ты увидел, попав в мир Нави? Рубежных стражей, которые сказали, что тебе здесь не место. Одним словом, мне пришлось похлопотать за тебя. И мне доверились.

– Я скоро буду… в теле?

– Через три дня. Ты не рад?

– Ты научил меня спокойнее смотреть на вещи. К тому же мир Слави на порядок прекраснее земного мира. Но у меня остались на Земле любимые люди и кое-какие дела.

– Правильно, Максимка. Вот о них нам и придется с тобой позаботиться, используя качественные преимущества этого мира. Времени мало. Мне многое необходимо тебе показать, – Дедята взмыл в воздух и призывно посмотрел на Максима.

Тот поравнялся с Дедятой и спросил немного смущенным голосом:

– Мои друзья теперь заняты бизнесом?

– Ты должен гордиться своими друзьями. Они не теряли время даром.

– Они говорили о слиянии, процентах… – предполагая, что Дедята опять что-то от него скрывает, повторил Максим.

– Ты был бы прав, если бы не ошибался, – ответил Жрец, широко улыбнувшись. – Скоро сам все увидишь. Нам пора возвращаться, но прежде заглянем в одно любопытное место.

Дедята начал закруживаться в ускоряющий вращение вихрь, и Максиму осталось только протянуть в него руку, как тут же, увлекаемый потоком, он перенесся в…

– Где мы? – едва молвил Максим, буквально ошарашенный увиденным.

По небольшой пыльной площади, примыкающей к ветхой мечети, были разбросаны кровавые ошметки растерзанных человеческих тел. Оторванные руки, ноги, головы, валяющиеся в лужах крови, привлекали своим видом и запахом назойливых мух, которые роем слетелись на кровавое пиршество. Вокруг в немом оцепенении стояли люди и, вглядываясь в их лица, Максим не увидел страха или гнева. Скорее, их лица выражали тупое оцепенение. Такие лица бывают у людей, сошедших с ума. Женщина подняла запыленную пустынным ветром паранджу, чтобы успокоить плачущего навзрыд ребенка, но ее взгляд устремился не на расстроенное чадо, а застыл, очумело выкатив глаза на оторванную голову, словно футбольный мяч, подкатившуюся к ее ногам.

– Они видят это почти десять лет и давно уже устали от слез. Сотни тысяч погибших, сотни тысяч раненых, еще сотни тысяч сбежали на чужбину, бросив родной кров. Или то, что от него осталось. Я был на этой земле пятнадцать лет назад. Люди жили не богато, но без нужды, а главное, мирно. Мир в послепотопное время сначала воздвиг Вавилон. Сейчас ты видишь, что он разрушен. Потом расцвел в своем могуществе Египет. Он будет разрушен следующим. Причем в древних границах царства, то есть вся Северная Африка. Следующим центром древнего мира была Персия. Она падет последней. Пролитая в этих завоеваниях кровь будет первой каплей в море крови, которое увидит растерзанный мир.

– Мир не один раз покорялся одному государству. После этих царств был еще и Рим. Но все равно рухнул.

– Нам следует покинуть это место. Оно становится чересчур оживленным, – сказал Дедята, показав взглядом на трупы, из тел которых уже вышли души, и к ним со всех сторон слетались ангелы и демоны. Каждый за своим подопечным. – Возвращаясь к твоим словам, – продолжил Жрец после того, как они удалились в тень парка, чудом сохранившего свое прелестное очарование и тишину в городе, где каждый день гибнут люди, – разница состоит в том, что мир еще никогда не управлялся тотально в полном масштабе, то есть не в границах Евразии, а в границах всего земного шара. Соответственно, количественно с другим населением и качественно на другом уровне.

– Ты имеешь в виду технологический уровень?

– Скорее, форму его порабощения. Цари покоряли новые земли в открытом бою, и покоренные народы всегда знали, что они находятся под каблуком победителя. Сейчас каждый думает, что свободен. Каждый человек, почти каждый народ. Только правители стран, взяв в свои руки все полномочия и власть, спустя очень короткое время понимают, что они всего лишь начальники маленьких отделов в большой корпорации; правители передовых стран могут себя ощущать генеральными управляющими компании или капитанами судна, но никогда не владельцами. Жизнь каждого человека уже давно под контролем. Течение мировых процессов тоже. Но самое страшное в том, что тот, вывернутый наизнанку торговцами мир, полный лжи и зла, люди принимают как нормальный. Они верят в ту ложь, которая льется с экранов телевизоров. Верят в то, что бомбы летят на головы людям для торжества демократии, что церковь заботится о своей пастве, а не о своей наживе, верят в придуманных торговцами богов, верят переписанной истории, верят правителям, которые в вассальном преклонении лебезят перед владыкой мира.

– Но мир не сегодня создан. Что было, то будет! – возразил Максим, чувствуя, что его душа начинает закипать от гнева, охватившего все его естество.