Читаем Пробуждение полностью

Молодой человек, сидящий напротив этой пары, со светлым и румяным лицом, заказывал безалкогольный коктейль для своей спутницы. За их спинами толкалось значительное количество лярв и прочих элементальных духов.

– Я совершенно не могу понять, что это за фан-клуб у них за спиной? – растерянно произнес Максим.

– Иногда даже мне нелегко разобраться с первого взгляда и требуется наблюдение, – Дедята на минуту замолчал, с интересом наблюдая за событиями, разворачивающимися за столиком.

– Состав фан-клуба состоит из двух частей, – не отрывая взгляда от наблюдаемых, продолжил Дедята. – Этот молодой человек из вполне состоятельной и в общем приличной семьи, образован и порядочен. Некоторое время назад его пути пересеклись с однокашником, и они часто стали проводить вместе досуг, в котором он преследует интерес найти себе спутницу жизни. Этот парень имеет очень веселый нрав и обладает редким чувством юмора, что привлекает двух добрых духов, стоящих за его спиной. Они смеются над его шутками и подбрасывают ему свои, которые он иногда чувствует и использует. Его спутница только прикидывается достойной для него парой. Ее внешность ярка и соблазнительна, что собственно и привлекает его, но она крайне распутная девица и, как говорил один современный поэт: «Под ее атласной кожей течет отравленная кровь». Она имела связь сегодня до него и намечает встретиться с другим сегодня ночью. Даже сейчас лярва, вцепившаяся в ее промежность, искушает ее, но она держится, похотливо косясь на своего спутника, потому что у нее есть далеко идущие планы на него, но она старается предстать перед ним приличной девушкой.

– Пойдем отсюда. Меня бы вырвало сейчас, если бы было чем, – Максим выбежал на улицу, которая в своем беспорядочном движении была наполнена простыми людьми, лярвами, неуспокоенными духами и прочими элементалями. – Физический мир мне всегда казался более светлым и простым, чем он видится изнутри.

– Выше нос, мой юный друг. Позволю себе процитировать Омара Хайяма, красноречивее всех отразившего увиденное сейчас нами:

«Ад и рай – в небесах», – утверждают ханжи.

Я, в себя заглянув, убедился во лжи:

Ад и рай – не круги во дворце мирозданья,

Ад и рай – это две половины души.

Глаза Учителя наполнились светлой грустью.

– Я покажу то, что добавит тебе оптимизма, – Дедята на секунду прикрыл глаза, сосредоточившись на своих чувствах. – Да, пожалуй, это то, что нужно. Следуй за мной.

Сталкеры пронеслись сквозь несколько старинных кварталов, изрезанных узкими улицами на небольшие квадраты. Дедята ступил на небольшой балкон, увешанный кашпо с цветущими петуньями. Сталкеры смотрели сквозь стеклянную приоткрытую дверь, не решаясь пройти дальше. В светлой и просторной комнате музицировала прекрасная девушка, по сути, еще дитя. Ее щеки горели кровью, воспламененные куражом виртуозного исполнения музыкального шедевра. Она играла вдохновенно, самозабвенно, не зная, что за ее спиной стоят два духа, амплитудно дирижируя, вдохновленные ее талантом; они словно не замечали наших путников, которые еще долго стояли молча, пока Дедята глазами не показал, что им пора.

– Ты хочешь сказать, – начал было Максим, едва они удалились с балкона, – что они… что она?..

– Ты на верном пути в своих прозрениях, мой друг, – помог Дедята оформить свою мысль Максиму. – Симпатическая связь между мужчиной и женщиной в физическом мире гораздо меньше, чем связь между духами Нави и человеком. Подобное тянется к подобному. Эти двое, вдохновленные творческим полетом души этой юной дамы, были притянуты из мира Нави и будут вдохновлять ее теперь еще более, внеся в ее талант частички своего опыта и души. Для всякой души всегда найдутся вдохновители!

– То есть ты имеешь в виду, что любые идеи находят поддержку в тонком мире? – с сомнением спросил Максим, явно сожалея о том, что Дедята не дал ему возможности лицезреть рождение блистательного произведения.

– Идеи, мечты, желания, цели, страсти, фантазии! Все находит созвучный отклик на небесах и получает поддержку! Чем больше душевного огня вкладывается в мысль, тем сильнее влияние неба. Вот почему практически все достижимо человеком. Он не один, даже если он один в тайге и ни одного живого человека на тысячи километров вокруг. Он всегда не один. Чем больше человек взял рычаг для преобразования мира, тем больший сонм ангелов и духов влияют на него: охраняют, вдохновляют, дают знаки. Чувство, вложенное в творческий акт, словно запах из духовки, где дожаривается сочная утка, разносится по тонкому миру.

– Почему именно утка? – скептически произнес Максим.

– Любил я ее очень, – между прочим заметил Дедята.

– Кстати, о любви… – Максим запнулся, тщательно подбирая слова. – Она влияет на человека, если любящие сердца разделены мирами?