Читаем Принц Модильяни полностью

Видите ли, синьор Модильяни, проблема заключается в том, что пока еще никто не признает во мне поэта. Все замечают мою красоту – но меня не делает счастливой тот факт, что мои длинные ноги привлекают больше взглядов, чем моя душа, или что моя кожа считается более интересной, чем мои стихи. Мой проницательный взгляд в восприятии мира похож на мужской – но меня оценивают не как мужчину, разглядывая вместо этого мое декольте. Да, я женщина, – но моя поэзия должна стоять выше внешней привлекательности. Я бы хотела, чтобы меня воспринимали как поэта, чего обычно мужчины не делают.

Вы красивый, обольстительный мужчина, к тому же итальянец, но вам бы совершенно не хотелось быть для меня лишь объектом желания, поскольку вы прежде всего – скульптор и художник. Если бы я желала, чтобы вы мной обладали, но была бы безразлична к вашему таланту, – я уверена, что между нами не возникло бы прекрасного чувства.

Я ценю то усилие, которое вы прикладываете, чтобы подавить ваш инстинкт. Я вас не осуждаю: мы оба молоды и полны физических порывов, я сама не могу не думать о вашем теле, ваших руках и вашем прекрасном лице. Наше обоюдное желание настолько очевидно, что рискует оказаться банальным и предсказуемым. Я видела то же выражение лица у многих мужчин, в том числе и у моего мужа. От вас я не этого хочу. Я хочу, чтобы вы меня ценили за величие сердца и чувство уважения, которое, как вы можете почувствовать, я к вам питаю, за мою манеру молчать и за внимание, с которым я слушаю ваши слова. Я хочу, чтобы вы видели во мне русского поэта, сочинителя слов и чувств, независимо от моего пола.

Синьор Модильяни, мое настоящее имя – Анна Андреевна Горенко. Я родилась в Одессе в 1889 году, а вы родились в 1884-м, наша разница в возрасте всего пять лет. Мы – юные создания, которые привлекают друг друга.

Вы должны знать обо мне все, потому что та малая часть прожитой мной жизни делает меня уникальной. Я люблю зеленые луга моей родины, люблю лошадей и мой родной язык. Я написала свои первые стихи в возрасте 11 лет; к сожалению, они были ужасны. Возможно, по этой причине мой отец, инженер-судостроитель, не поддержал мои устремления. Я его не послушала, и, когда я с большим удовлетворением не подчинилась его воле, он настоятельно порекомендовал мне взять псевдоним, чтобы не посрамить доброе имя семьи. Я выбрала имя ордынского хана Ахмата. Я хотела воинственное имя, я хотела быть похожей на Чингисхана. Теперь меня зовут Анна Ахматова.