Читаем Полночь / Midnight полностью

Я медленно поднимаю руку и три раза стучу.

По непонятным мне причинам стук получается тише, чем в прошлые разы.

В какое-то мгновение я думаю, не постучать ли мне снова, но вместо этого хочется уйти. Разворачиваюсь на каблуках, гляжу на дверь и тяжело вздыхаю.

— Неужели собираетесь уйти, мисс Прайс? — слышу позади себя.

Натянув на лицо маску безразличия, оборачиваюсь к виновнику своего раздражения.

— С чего Вы взяли? — наигранно-удивлённо вскидываю брови. — Я осматривала помещение.

— Высмотрели что-то интересное? — он высунул голову в коридор, а я обратила внимание на чёрные трикотажные штаны и футболку, поверх которой завязан фартук с подсолнухами.

Это вызвало улыбку и тут же привлекло внимание Уэльса.

— Всё ещё экспериментируете? — интересуюсь я.

— Смотря с чем, — задумчиво произносит он.

— С одеждой, — указываю на штаны.

Замечаю на его губах кривую улыбку и боюсь представить, что он мог подумать.

— Я бы поэкспериментировал с одеждой…с Вашей одеждой, — поправляет он себя. — Юбка, кажется, Вам мала, но это ничуть не портит общую картину. Наоборот, придает пикантности, — за всей этой триадой скрывается ухмылка.

Я чувствую внезапное смущение и в, чёрт знает, какой раз, проклинаю Джессику.

— Зайдёте, мисс Прайс? — приглашает Уэльс.

— С Вашего позволения, — ровно произношу, стараясь не выдать волнение.

И с каких это пор переступать через порог его квартиры стало так волнительно?

Он пропускает меня вперёд, и я более чем уверена, что ему было ради чего сделать это.

Он закрывает за мной дверь, а затем, обойдя меня, направляется на кухню. Я следую за ним, пытаясь понять, не перепутала ли я всё в очередной раз. Но нет, он действительно ждёт меня именно там.

— Вино? — спрашивает он, придерживая в руках бутылку с белым полусухим.

— Чаю, — добродушно отвечаю я.

Хмыкнув, он ставит бутылку на стол и поджигает плиту. Секунда, и на ней уже стоит наполненный водой чайник.

— Дегустируете? — заметив несколько бутылок алкоголя, спрашиваю я.

— Пытаюсь понять, действительно ли я был барменом, — смотрит мне в глаза.

Мои брови ползут вверх.

— Есть сомнения? — мой вопрос звучит так, будто он самый настоящий идиот, если действительно так думает.

— Учитывая тот факт, что я нахожусь не в своей квартире, не в своей одежде — имею смелость предположить, что гребаный бармен — совсем не моя профессия, — заканчивает Уэльс, поставив бутылку на стол.

— И как успехи? — пропускаю мимо ушей очередное гадкое слово.

— Хотите попробовать? — он протягивает мне шот.

Я качаю головой.

— Вот и я тоже.

Присаживаюсь на высокий стул, закинув ногу на ногу и кладу руки на стол перед собой.

В это время он хозяйничает у плиты, отчего по моему телу разливается непонятное мне тепло. Словно я нахожусь у себя дома, а мужчина у плиты — мой отец.

Склонив голову на бок, я разглядываю его спортивные штаны, достаточно хорошо сидящие на его бедрах, а затем скольжу взглядом чуть выше и останавливаюсь на широких плечах.

Со времен Академии Уэльс заметно возмужал, что несомненно придавало ему мужского шарма.

— Сахар? — хриплый голос будоражит внутренности.

— Две ложечки, — отвечаю я, поёрзав на стуле.

Повернувшись ко мне передом, он направляется к столу и кладет на него подставку. Только потом ставит кружку, наполненную горячим чаем. Компанией ко всему этому становится несколько кексов в корзинке.

— Благодарю, — я робко улыбнулась.

Он — единственный мужчина, который пытается меня накормить, а не изнасиловать в таком виде.

Уэльс, словно не слыша меня, продолжает смешивать алкоголь и на мгновение останавливается, будто вспоминая, всё ли правильно сделал.

В какой-то момент мне кажется, что тишина затянулась, и я хочу задать ему ещё несколько вопросов. Но вместо этого поспешно запихиваю в рот кекс и рассыпаю по всему столу крошки.

Сразу подставляю руку и пытаюсь сгрузить всё рассыпанное себе в ладонь, когда как замечаю улыбку, растянувшуюся на лице Остина. Он пока не поднимает голову, пытается сделать вид, что очень заинтересован составом вина. Но я всё же вижу, как он старательно скрывает свою усмешку.

В какой-то момент мне и самой становится смешно, но лишь потому, что во всём происходящем хаосе на моей половине стола, кусок кекса до сих пор находится у меня меж зубов.

Мужчина поднимает голову и хмурит брови.

— Извините, — пробормотала я почти неразборчиво.

Он протягивает руку, когда я уже собрала все крошки себе в ладонь, и отбирает половину кекса, который так до сих пор был зажат моими зубами.

— Разговаривать с набитым ртом некультурно, мисс Прайс, — продиктовал Уэльс и откусил кусок от моего кекса.

Я тяжело сглатываю, наблюдая за тем, как он облизывает влажные губы, слизывая оставшиеся на них крошки. Затем он проводит рукой по блондинистым волосам, которые приобрели какой-то новый оттенок при таком свете ламп. Потом возвращает руку на стол и опирается на неё.

— Я думаю, Вам стоит воспользоваться салфеткой…

— Что? — вырвавшись из сетей своих мыслей, переспрашиваю я.

— Чтобы…

…утереть слюни.

—…избавиться от крошек в Вашей ладони, мисс Прайс, — указывает взглядом.

— Ох, — выдыхаю я, потянувшись за салфеткой через весь стол.