Читаем Похищенная девушка полностью

– Хобби. Спасибо. Я зарабатываю на том, что держу отель – как делали мой отец и дед, – но в качестве хаб… да, благодарю, хобби я изучаю английские выражения. Поэтому мне каждый день приносят оставленные ими газеты.

– Ими?

– Английскими постояльцами.

– Ну да.

– Вечером, когда они уже ушли к себе, мальчик собирает английские газеты и оставляет их у меня в кабинете. Я часто бываю занят и не имею времени смотреть на них, поэтому они складываются в стопку, и, когда у меня есть досуг, я беру газету и изучаю ее. Я говорю понятно, мистер Блэр?

– Совершенно, мистер Ланге. – Газеты! В душе Роберта вновь затеплилась надежда.

– Так и бывает. Несколько минут досуга, почитываю английскую газету, узнаю новое выражение, может, два… все очень без волнения. Как сказать?

– Между делом.

– Так. Между делом. И вот однажды я беру из стопки газету, как в любой другой день, и тут я забываю про выражения. – Из вместительного кармана он достал сложенный экземпляр «Эк-Эммы» и развернул его на столе перед Робертом. Это был пятничный выпуск от десятого мая с фотографией Бетти Кейн, занимавшей две трети страницы. – Я смотрю на эту фотографию. Потом заглядываю внутрь и читаю статью. Потом говорю себе: как странно. Очень странно. В газете пишут, что это фотография Бетти Канн. Канн?

– Кейн.

– Ах. Так. Бетти Кейн. Но это также фотография миссис Чэдвик, которая жила в моем отеле со своим мужем.

– Что?!

Мистер Ланге выглядел довольным.

– Вам интересно? Я так надеялся, что вам будет интересно. Очень надеялся.

– Ну же, расскажите мне подробнее.

– Они жили у меня две недели. И это очень странно, мистер Блэр, потому что, пока эту несчастную девочку избивали и морили голодом на английском чердаке, миссис Чэдвик кушала в моем отеле, как юная волчица. Сколько крема могла съесть эта девушка, мистер Блэр! Даже я, датчанин, очень удивился. И она прекрасно проводила время.

– Да?

– Ну, я сказал себе: это всего лишь фотография. И хотя она выглядела точь-в-точь как здесь, когда распустила волосы на балу…

– Распустила волосы!

– Да. Видите ли, она убирала волосы наверх. Но мы проводили бал с костюмами… Костюмами?

– Да. Бал-маскарад.

– Ах. Да. Бал-маскарад. И на нем она распустила волосы. Точь-в-точь вот так. – Он постучал пальцем по фото. – И я говорю себе: это всего лишь фотография. Часто бывает так, что человек на фотографии совсем не похож на себя в жизни. Но какое отношение эта девочка на фотографии может иметь к миссис Чэдвик, которая здесь со своим мужем в то самое время! Я веду себя разумно, но газету не выбрасываю. Нет, я храню ее. То и дело смотрю на нее. И каждый раз, глядя на нее, думаю: но это действительно миссис Чэдвик. Я озадачен и перед сном думаю об этом, хотя должен думать о завтрашних делах. Я ищу объяснение. Возможно, близнецы? Но нет, Бетти – единственный ребенок в семье. Кузины. Совпадение. Двойники. Я думаю обо всем. Ночью это объяснение меня устраивает, и я спокойно засыпаю. Но утром смотрю на фотографию и снова не могу понять. Думаю: но это же, несомненно, миссис Чэдвик. Понимаете мою дилемму?

– Прекрасно понимаю.

– Посему, когда я еду в Англию по делам, я кладу газету с арабским названием…

– Арабским? Ах, ясно. Простите, что прервал вас.

– Я кладу ее в чемодан и как-то вечером после ужина достаю и показываю другу, у которого остановился. Я остановился у своего соотечественника в Бэйсуотере, в Лондоне. И мой друг вдруг начинает волноваться и говорит: но это теперь полицейское дело, а женщины говорят, что никогда раньше не видели эту девушку. Их теперь арестовали за то, что они с ней якобы сделали, и их будут судить. И вот он зовет свою жену: «Рита! Рита! Где газета за прошлый вторник?» В доме моего друга всегда хранятся газеты недельной давности. И вот жена его приносит газету, и он показывает мне статью о процессе… нет, о… о…

– Слушании дела.

– Да. О том, как две женщины пришли в суд. И я прочитал, что их будут судить где-то в провинции меньше чем через две недели. Ну, сейчас-то времени осталось совсем мало. Мой друг говорит: ты уверен, Эйнар, что эта девушка и твоя миссис Чэдвик – одно лицо? А я говорю: совершенно уверен, да. И он говорит: тут в газете упоминается имя адвоката тех двух женщин. Адреса нет, но Милфорд – городок маленький, его будет легко найти. Завтра утром выпьем кофе пораньше – так мы завтракаем, – а потом ты поедешь в Милфорд и сообщишь свои домыслы мистеру Блэру. И вот я здесь, мистер Блэр. Вам интересно то, что я рассказал?

Роберт откинулся на спинку стула, вытащил носовой платок и вытер лоб.

– Вы верите в чудеса, мистер Ланге?

– Ну конечно. Я ведь христианин. И хотя я еще не стар, на своем веку повидал два чуда.

– И вы сыграли не последнюю роль в третьем.

Лицо мистера Ланге озарила улыбка.

– Правда? Очень рад.

– Вы спасли наши шкуры.

– Шкуры?

– Английское выражение. Вы не просто спасли наши шкуры. Вы практически спасли нам жизнь.

– Значит, вы, как и я, думаете, что эта девушка и моя гостья из «Красных башмачков» – один человек?

– Ни секунды в этом не сомневаюсь. Скажите, вы помните, когда именно она жила у вас?