Читаем Пешие прогулки полностью

Пока Шубарин разговаривал с Ашотом, Амирхан Даутович подумал: даже хорошо, что так сложилось и они уезжают пораньше со свадьбы – может, в дороге, в отсутствие Файзиева, довольный вечером и знакомством с Хаитовым, Артур Александрович разоткровенничается и кое-что прояснит ему наконец из сплошного тумана намёков и недомолвок. В дороге представлялась возможность и задать кое-какие вопросы как бы из любопытства, праздного интереса – он видел, что слишком уж разные люди спешили на свадьбе выразить своё уважение Шубарину и Файзиеву.

Со свадьбы они ускользнули незамеченными, хотя это далось не так легко; Ашоту пришлось ещё дожидаться хозяина на соседней улице. И Азларханов отметил ловкость Шубарина, умение моментально раствориться и исчезнуть в толпе. Эта игра, когда удалось скрытно покинуть многолюдную свадьбу, позабавила их более всего за вечер, и в машину они садились в весёлом настроении.

– С вами можно идти в разведку, – сказал довольный Шубарин, но Амирхан Даутович не поддержал эту тему, зная, что она выльется в разговор на общие темы, а то и в обсуждение какого-нибудь полицейского фильма, что десятками лежали в видеотеке Артура Александровича. Поэтому он задал вопрос, как будто волновавший его или вызывавший в нем ревность, хотя сам всего лишь втягивал Шубарина в нужный для него разговор:

– На что вам в деле понадобился ещё один юрист, и именно прокурор?

Артур Александрович сначала не понял вопроса и даже переспросил:

– Не уловил, о каком юристе, каком прокуроре вы говорите?

По минутной растерянности Амирхан Даутович понял, что Шубарин не хитрит и не лукавит, поэтому напомнил:

– Вы сказали Хаитову, если он надумает в отставку, то и для него найдётся интересная работа. Разве я один не справлюсь с юридической стороной дела?

– Ах, вот вы о чем! Право, я уже забыл о своём предложении Хаитову. – Артур Александрович улыбнулся. – Странное сочетание образованности, житейской мудрости, прокурорской хватки и почти детской инфантильности живёт в вас одновременно – вы уж извините за откровенность. Нет, Хаитов мне вовсе не нужен как юрист – в юридических делах я буду полагаться на вас, и вам вполне по силам справиться одному с объёмом предстоящей работы.

– Тогда зачем же вам понадобился Хаитов? – нажал Амирхан Даутович, показывая ещё раз свою заинтересованность.

– Мне нравится ваше стремление быть хозяином в своей сфере – в этом мы с вами схожи: я люблю держать под контролем все сам. Даже если Файзиев и считает себя в синдикате вторым человеком, а ведь это далеко не так, он в курсе вовсе не всех дел, тем более касающихся перспективы нашего роста. Он нужен мне, так сказать, для связи с местной общественностью. О, тут меня охотно убрали бы с пути, да чувствуют, что свои кадры ещё не доросли до нужного уровня, так что для меня это вынужденный альянс, как и для них. И Хаитов мне нужен не как юрист, я не уверен в его квалификации, а мне не нужны люди с полузнанием. Как в наших краях получают образование, я знаю по себе: закончил два курса политехнического в Ташкенте, а затем поступил на первый курс Бауманского в Москве. Так что у меня есть примеры для сравнения… К сожалению, полуинженеры, полуврачи, полужурналисты, полуспециалисты, которым преподавали опять же полупрофессора, полудоценты, только бы свои, местные – из-за ложно понятой национальной гордости рано или поздно могут завести край в такой тупик… – Он покачал головой: – А что касается Хаитова, то мне нужен не сам Адыл Шарипович, мне нужны его связи, а связи у него огромные – он давно уже тут в прокурорах.

Вот мы часто говорим о западных политиках, ушедших в отставку, которых тут же берут к себе крупные компании. Так было почти со всеми мало-мальски известными американскими политиками, да вспомните хоть Макнамару, Хейга, Киссинджера. И у нас некоторым образом происходит то же самое… правда, масштабы не те и возможности иные, но суть одна. Ручаюсь за это, опираясь на свой опыт: я подобрал немало «бывших», и они оправдали мои надежды и вложенные в них средства. Правда, многие не выдерживали испытания временем, ни у себя на прежней работе, ни на службе у меня «лоббистом». Их почему-то постоянно заносит – то ли прежняя должность и безмерная власть в своей сфере их портит, и у меня, оправившись, оперившись, они пытаются что-то мне диктовать; а хозяйственные дела решаются не диктатом и амбицией, а экономическими расчётами, быстрой и чёткой стратегией, поэтому я без сожаления расстаюсь с такими. Говорю об этом не для того, чтобы предостеречь вас на будущее, вы человек иной, моим «бывшим» не чета: вы лишены мелкого тщеславия, а это важно.