Читаем Пешие прогулки полностью

Если бы Амирхан Даутович специально не поджидал Хаитова, то вряд ли признал бы его – за семь лет, что не виделись, Адыл Шарипович раздобрел, прибавилось седины, а ведь он был моложе Азларханова. Он появился во дворе в сопровождении хозяина дома и в окружении друзей, с которыми приехал на свадьбу.

Но он узнал Азларханова, хотя Амирхан Даутович изменился сильно с тех времён, когда они часто общались. Цепок прокурорский взгляд, цепок – он безошибочно выхватил из толпы Амирхана Даутовича, хотя тот и не лез на глаза бывшему коллеге. Хаитова окликали со всех сторон, приглашая за свои столы.

– Кого я вижу! – воскликнул он и, оставив Джафарова, поспешил к Азларханову, обнял его. – Амирхан Даутович, какими судьбами?! А впрочем, какая разница – расскажете потом. Я рад вас видеть живым, здоровым, – и, сделав шаг назад, с улыбкой оглядел его и добавил: – И преуспевающим. Вальяжно смотритесь, я сразу приметил вас, думаю, кого это к нам занесло в наше захолустье, вгляделся – вы! Сюрприз, настоящий сюрприз! Джафаров меня предупредил; говорит, Адыл Шарипович, у меня для вас сюрприз, ваш старый друг приехал ко мне на свадьбу, но не объяснил кто. – И, уже обращаясь к Джафарову, сказал: – Спасибо, обрадовал душу мою. Ты не ошибся, Амирхан Даутович – действительно мой старый друг и много для меня сделал, давай усаживай нас где-нибудь рядом, мы очень давно не виделись… – И, забыв про свою свиту, обняв прокурора, направился под красный тент.

Артур Александрович отошёл несколько в сторону и наблюдал за встречей как бы сбоку, но он все видел и все слышал, однако ему были важны не только слова, а скорее интонации. И за столом он не лез на глаза Хаитову, хотя сидел рядом с Амирханом Даутовичем, чтобы в любую минуту поддержать разговор.

Только они уселись за стол, с возвышения у фонтана грянула музыка – свадьба началась. Но два областных прокурора, один из них бывший, увлечённые разговором, не следили за событиями вокруг, да их и не отвлекали – Артур Александрович зорко следил за этим. Икрам Махмудович, севший напротив, наблюдал за бокалами, подавал закуски, подкладывал зелень. Азларханов, сославшись на нездоровье, только пригубливал рюмку с коньяком, а Адыл Шарипович не пропускал ни одного тоста и пил с какой-то непонятной жадностью, словно что-то изнутри сжигало его.

Пригласили на красный ковёр к микрофону и Адыла Шариповича – поздравлять молодых. Он сказал и о том, что сегодня счастлив вдвойне, потому что на этой свадьбе встретил своего друга Азларханова Амирхана Даутовича, и очень рад видеть его здоровым и счастливым, среди своих друзей. Если первую половину тоста слушали вполуха, то сообщение, которым он закончил, вряд ли кто пропустил, не принял к сведению – оно вызвало новое оживление среди гостей.

Вскоре застолье поутихло: приехала на свадьбу самая известная и наиболее высокооплачиваемая в республике танцовщица; наверняка ей сегодня предстояло выступать ещё на одной свадьбе, а то и на двух, и оттого она торопила свой выход. Специально для неё расстелили огромный ковёр, чей-то подарок новобрачным, о чем объявили по микрофону. Что такое танцовщица на восточной свадьбе, в полной мере могут понять и оценить только люди, живущие в Средней Азии; поэтому застолье на время увяло – многие поспешили к отведённой для танцев площадке, и прежде всего мужчины.

Артур Александрович не успел предупредить Плейбоя, чтобы тот надолго не отлучался – мог понадобиться, а того уже и след простыл. Файзиев, как оказалось, был большой поклонник свадеб, просто фанатик, на манер театрала или футбольного болельщика, не пропускал ни одной в округе, и особенно обожал он пляски известных танцовщиц.

Трезвый и обычно практичный человек, Файзиев сделался рабом одной идеи, чуть не маньяком: он возмечтал, чтобы у него на будущей свадьбе сына присутствовало не менее тысячи гостей, и, конечно, уважаемых из уважаемых; оттого он и боялся пропустить хоть одну знатную свадьбу, полагая, что ему ответят тем же вниманием и вернут конверт не тоньше, чем вручил он, а вручал Плейбой всегда щедро.

Наверное, Икрам Махмудович был ещё и тщеславен; он любил, чтобы его имя почаще упоминалось рядом с именами известнейших танцовщиц и певцов, а потому не давал остывать этим упоминаниям от свадьбы к свадьбе.