Читаем Пешие прогулки полностью

Когда я говорил Хаитову о ваших перспективах, я не шутил. Подумайте на досуге об этом, у вас действительно нет преград, чтобы получить здесь любой высокий пост – нужно только время. Хозяйствовать, управлять «теневой» экономикой, как выражаются некоторые экономисты, это прежде всего тонко чувствовать политику, кадровый вопрос. Пока существует партийная номенклатура должностных лиц, «бывшие» долго ещё будут в цене. Опыт показывает, что на должностях постоянно тасуются одни и те же люди, оттого я иногда делаю ставку на «бывших». Восточный народ – осторожный, на всякий случай поостережётся отказать вчерашнему хозяину, потому что завтра «бывший» вновь может оказаться на коне, то есть в кресле, и тогда я выигрываю вдвойне. «Бывшие» тут долго не теряют влияния и связей. Вот почему я хотел бы перетянуть к себе Хаитова – он избавил бы меня от множества неприятных для меня визитов к чиновникам разного ранга в партийном и советском аппарате. Для него просто открылась бы тут любая труднодоступная для меня дверь.

Так что опыт наших классовых врагов я не только изучаю, но и беру на вооружение. Все в мире повторяется, только с запозданием и в более уродливой форме. Наверное, вас в студенческие годы стращали кока-колой и жвачкой – атрибутами буржуазной жизни, а теперь мы сами построили такие заводы по их лицензиям. И совсем не шутки ради я содержу телохранителя, который влетает мне в копеечку… – Артур Александрович весело потрепал по плечу Ашота, не отрывающего глаз от ночной дороги.

Чувствуя, что Шубарин сегодня расположен к разговору, Азларханов решил не упускать подходящего момента.

– Вы обещали рассказать на обратном пути о Хаитове.

Шубарин прикрыл окошечко в боковом стекле – видно, опасался сквозняка.

– О Хаитове? О нем я ничего сказать не могу, хотя и располагаю не менее подробным досье, чем на вас. Поэтому я расскажу, почему я добивался у него аудиенции, которую он наконец-то назначил на завтра. Впрочем, история эта в двух словах, но значение её вы поймёте, как только войдёте в курс дела. Маленький ликбез, с вашего разрешения?

Прокурор согласно кивнул головой и откинулся на сиденье.

– Для теневой экономики (остановимся на этом термине, поскольку определение «подпольная» не отражает нашей сути: мы организация вполне официальная, или, точнее, действуем в рамках существующих законодательных актов или ходим на грани) вопрос реализации готовой продукции гораздо важнее, чем само производство. Как это ни парадоксально звучит для человека, знакомого с нашим хозяйством, ведь куда ни глянь – у нас дефицит! Вот это меня волнует больше, чем производство товаров, потому что, только имея постоянно возрастающий капитал, я могу влиять на производство.

Но тут возникает вопрос о рынке сбыта. Обозначим сразу сферу нашего влияния, я имею в виду лишь реализацию – она только в пределах республики. Выход за её пределы чреват непредсказуемыми последствиями. Нет, вовсе не оттого, что там, в других республиках, твёрже закон или блюдут интересы государства строже. Нет, просто там мы чужие, и на нас можно показать действительную силу закона, поскольку там у нас нет покровителей. Не совсем просто и в своей республике: в каждой области свой хозяин, запретить, чинить препятствия всегда найдётся повод, поэтому я и держу «лоббистов», наводящих мосты. В области, где прокурором Хаитов, мы ничего не производим, только продаём изготовленное. Признаюсь, это наиболее существенный наш рынок, потому что половина туристических маршрутов в республике проходит через эту область. Каждый день сотни новых потенциальных покупателей с карманами, полными денег…

Но за этот рынок приходится бороться. Откровенно говоря, отчасти мы сами и создали этот рынок, не без наших усилий был заключён договор между экскурсионными бюро областей, и каждую пятницу по трехдневным путёвкам туда прибывают сотни туристов из Кемерова, Донецка, Тюмени, Хабаровска – краёв с традиционно высоким заработком. В расчёте на них мы шьём дублёнки и продаём их, что называется, с пылу, с жару, ориентируя производство именно на конец недели, и наши лавки при гостиницах работают до глубокой ночи, до последнего покупателя, – где вы ещё видели такую торговлю? Там же в киоске лежит книга заказов: те, кто ничего не подобрал или кому не досталась вещь нужного размера, могут оставить аванс, а в следующую пятницу выкупить.

У вас будет возможность ознакомиться с нашим овчинно-шубным хозяйством, оно прекрасно отлажено – от сбора шкур у населения до реализации готовых изделий. Дублёнки я привёл в пример только потому, что это самое дорогое и рентабельное производство, хотя ассортимент нашей продукции составляет сотни наименований, и все, безусловно, прибыльно и даже сверхприбыльно. И на таком вот, по существу, нами же созданном рынке время от времени возникают препятствия. В этой области трудно с занятостью населения, и Хаитов хотел бы, чтобы я часть своих предприятий перевёл сюда. Но мне не резон, а почему, я объясню позже, или вы потом поймёте сами.