Читаем Пещеры дракона полностью

– Как это возможно?! – изумлённо воскликнул сир Роландо. – Как можно забыть имя выдающегося учёного?

– Увы, это так, – неохотно констатировал Ректор и заторопился. – Идёмте, у нас мало времени, ведь вам ещё надо отдохнуть перед фертрогинацией.

И они прошли сквозь ворота, охраняемые сонным стражником в будке.

Наконец впереди возник ровный силуэт приземистых строений, кое-где прерываемый всплесками башенок с островерхими крышами. Каждая башенка обозначала факультет, там находились комнаты деканов и профессуры; аудитории и студенческие дортуары размещались в двухэтажных корпусах. Всю территорию университета окружала живая изгородь из колючего кустарника, в отдельных местах разорванная проходами. Никакой охраны не наблюдалось: бесконечные дуэли между студентами закрепили за ними славу отчаянных бретёров, об искусстве владения шпагой коих ходили легенды по всему Острову и потому им не приходилось опасаться ни разбойников, не городских недоброжелателей.

Одна из башен не примыкала ни к одному из корпусов; в узких окнах второго этажа, стилизованных под бойницы, желтел зыбкий свет свечей. Именно туда Ректор и повёл своих гостей. Приземистая давно некрашеная дверь с облупившейся краской оказалась не заперта. Первый этаж башни был завален разным хламом и после того, как захлопнувшаяся дверь отрезала призрачный свет луны, гостям пришлось на ощупь пробираться по винтовой лестнице. Впрочем, дверь второго этажа была распахнута и половину пути удалось проделать хоть как-то различая крутые ступени.

Весь второй этаж башни занимала комната с камином и скудной мебелью, состоящей больше из книжных полок до потолка и комодов, уставленных канделябрами с горящими свечами. Не взирая на то, что в комнате было довольно жарко от многочисленных свечей, окно оказалось наглухо закрыто, а в камине пылал огонь. В глубоком кресле напротив камина сидел человек в ночном колпаке и халате, словно собирался отходить ко сну. Услышав шум поднимающихся по лестнице, он развернулся к дверям: массивное на вид кресло легко повернулось на оси.

Худое лицо, изборождённое ущельями морщин казалось неживым, если бы не глаза. Они словно горели внутренним огнём, приковывали и даже не давали рассмотреть цвет радужной оболочки.

– Я привёл тебе гостей, дружище! – радостно объявил Ректор, пропуская вперёд своих спутников. Хозяин башни равнодушно скользнул взглядом по вошедшим, на мгновение вглядевшись в сира Роландо и снова развернул кресло к камину. – Это сир Роландо, рыцарь Претендент и невеста Дракона Лисанда. А вы имеете честь лицезреть нашего выдающегося мыслителя, бывшего декана факультета химии и алхимии профессора Спамана.

– Нереальный антропоид по имени Попегойя, именующий себя Ректором, привёл таких же нереальных антропоидов, – прокомментировал хриплым голосом хозяин башни. – Впрочем, Претендент имеет возможность стать реальным если ему вдруг случится убить Дракона.

– Почему же мы нереальны? – удивился сир Роландо. Ректор мягко взял его за руку и вполголоса пояснил:

– Некогда факультет химии и алхимии был гордостью Университета. Но студенты стали увлекаться созданием одурманивающих препаратов и настолько в этом преуспели, что факультет был закрыт, а студентов с трудом удалось пристрастить к спиртному, которое является универсальным антидотом имевших распространение галлюциногенов. Единственная лаборатория осталась в распоряжении профессора Спамана с условием, что все изготавливаемые им препараты не покинут пределов башни. Результат налицо: он сам их употребляет, от того и путает реальное и нереальное.

– Допустим, мы нереальны, – сир Роландо решился в беседу внести элемент логических рассуждений. – Но вы, несомненно, считаете самого себя реальным, сир Спаман?

– Нет, я не реален, – спокойно отозвался Спаман. – Я всего лишь Око Вселенной, проводник информации. Я наблюдаю и всё тут. И не пытайтесь понять этого, нереальные антропоиды.

– Позвольте! – начал заводиться сир Роландо. – Но вы не будет отрицать, что остров и его обитатели реальны.

– Нет! – категорически заявил Спаман. – Остров нереален.

– Помилуйте! – в волнении воскликнул сир Роландо, не взирая на отчаянные знаки, которые ему посылал Ректор. – Я вот прибыл на остров с Континента. Как я могу быть нереален, если я прибыл с реальной земли, коей является Континент?

– Откуда следует, что Континент реален? – возразил Спаман. – Я лично там никогда не был и его не видел. А раз я Око Вселенной и не вижу Континента, значит его нет!

– Но, тем не менее, я прибыл с Континента и… – продолжил возражения сир Роландо, но Спаман прервал его, иронически заметив:

– Так это вы утверждаете, но вы пока что так же эфемерны, как и призрак, называющий себя Ректором. А потому нет никаких оснований верить в существование Континента.

Сир Роландо почувствовал себя окончательно сбитым с толку и растерянно спросил:

– Но что же тогда реально здесь, на Острове?

– Безусловно, Дракон! – последовал ответ. – Он реален. Вообще в мире реален только Дракон, именно он и придаёт ощущение реальности тому эфемерному миру, в котором пребывает.