Читаем Первый человек полностью

– Ты думаешь, он знал, что доктор Кайоль его отец? – спросила Ева.

– ДНК не лжет. Тома пришел убить Кайоля, потому что знал, что тот его отец.

– Как можно убить того, кто тебя зачал?

– А как родитель может сделать столько зла своему ребенку?

– А его мать?

– Судя по тому, что я знаю, она была еще более мерзкой – считала детей цепями, от которых надо избавиться.

– От твоих рассказов у меня мурашки бегут по спине!

– А я с этим живу.

– Оставляй эти истории за дверью дома. Наш порог – граница, он отделяет наш маленький, почти нормальный мирок от общества, которое плывет без руля неизвестно куда. Эта граница должна быть непроницаемой, насколько это возможно.

– Прости меня.

Де Пальма вспомнил о древней трагедии. Электра, ее брат Орест и их ужасная семья – семейство Атридов. Общество совершенно не изменилось с тех пор, подумал он. Это, в сущности, банальная мысль.

Ева снова принялась читать «Постороннего» Камю. Время от времени на ее лице отражались чувства, вызванные прочитанным.

– Как дела у твоей дочери? – поинтересовался Мишель.

– Лучше. Пока ты охотился на чудовищ, я побывала у нее. Она располнела.

Анита была на четвертом месяце беременности. Она не знала, мальчик у нее или девочка, и не желала этого знать.

Ева опять погрузилась в чтение. Де Пальма расположился около нее на другом конце софы.

– Я задержался на работе потому, что получил от психиатров медицинскую карту Мартины Отран. То, что я там прочел, сильно меня взволновало. Я хочу, чтобы ты это знала.

Ева подняла на лоб очки и посмотрела на Мишеля.

– Я знаю, почему ты так себя накручиваешь. Я помню то время, когда умер твой брат. Ты был зол на весь белый свет. Ты сражался со всем миром.

Барон опустил голову.

– Это закончилось, Мишель. Я знаю, что твоя мать посылала тебя к психиатрам. Ни один из них не сказал, что ты сумасшедший.

Ева положила руку ему на плечо.

– Тебе нужно выйти из ловушки, в которую ты сам себя загнал. Перестань принимать это дело близко к сердцу.

– Я часто пускал в ход оружие. Слишком часто, – пробормотал он.

– Не говори глупостей!

– Я никогда не говорил про это никому, даже Местру. Понимаешь, меня в этих случаях что-то подталкивает выстрелить. Я стреляю не думая. Это не дает мне покоя. Я боюсь этого порыва больше всего на свете.

– Ты стрелял в людей?

Вместо ответа, Барон встал и подошел к своей коллекции дисков.

– Хочешь, пойдем куда-нибудь вечером? – предложил он Еве, не оборачиваясь.

– Я думаю, не стоит.

– Тогда я немного послушаю оперу.