— Ну, раз тебе пофиг, тогда скажи зачем ты здесь.

Китти склонил голову и молча уставился в свою чашку с кофе.

— Ну?! — переспросила я.

Он ответил. Его ответ меня ошарашил.

Я молчала. Китти молчал. Кажется, мы молчали очень долго. Это было крайне неловко.

— Почему? — спросила, наконец, я.

— Хочу чувствовать тепло твоего тела.

— Иди, закажи себе шлюху.

— Нет, я хочу именно с тобой.

— А я не хочу.

— Ты ведь предлагала.

— Нет.

— Ну, намекала — это точно.

— Я шутила.

— Понятно, — кивнул Китти. — Тогда, пожалуй, я вернусь на Хакензе, как только появится возможность.

— Эй! Ты чё, охренел?! Ты что, меня бросаешь из-за того, что я тебе не даю?

— Ну, да.

— Что?! Я что, должна тебе отдаться лишь за то, что ты отправился со мной на Землю?!

— Ну, ладно, хорошо, я согласен — ты ничего мне не должна. Чего ты так взъелась-то? Не судьба, так не судьба.

— Я… — И тут я остановилась. — Блин, Китти, ты чего это?

— Чего «чего»?

— Чего это ты так сильно хочешь меня трахнуть? Не понимаю.

— Не знаю. Стоит чё-то.

Меня аж передёрнуло от неожиданности.

— Да пошёл ты со своим стояком — я сваливаю.

Я направилась к выходу из кухни, но меня тут же схватил Китти, мгновенно подбежавший сзади. Он держал меня за туловище.

— Эй, не уходи, дай мне только тебя понюхать.

— Отвали! — Я попыталась ударить изо всех сил ему по рёбрам, но он был слишком изворотлив.

— Да успокойся ты, — прошептал он.

— А-а-а!!! — завопила я во всё горло. — Насилуют! — Я пыталась его припугнуть; Китти меня тут же отпустил. — Не трогай меня! — крикнула я на него, а затем вышла из кухни и направилась к себе в комнату.

Китти бежал за мной следом — я обернулась и крикнула:

— Фу, стоять! Плохой кот!

Китти остановился, я обернулась и продолжила идти.

— Да пошла ты! — крикнул он мне вслед.

Я забежала в свою комнату и заперлась на дверной затвор. Китти был за дверью.

— Я же пошутил, Билдж! — сказал он.

— Нихуя себе у тебя шутки! — отозвалась я.

— Как и у тебя.

Я проигнорировала его замечание.

— Что на тебя вообще нашло?!

Китти не отвечал; однако уходящих шагов я, вроде бы, не слышала.

— Эй? — позвала я. — Ты что, ушёл?

— Мне нужно тебе кое о чём рассказать.

— Что такое?

— Вчера я встретился с Райли, и мы с ним договорились.

— Да? — удивилась я. — О чём?

— Сегодня мы устраиваем гладиаторский поединок. Он согласен сразиться со мной. В Колизее. До смерти.

Что-то ёкнуло внутри меня. Я тут же открыла дверь и взглянула на Китти. Он продолжил:

— Законы Нового Рима.

— Знаю, — кивнула я.

— Просто это единственный способ избавиться от него легально, не спровоцировав «Весту».

— Я понимаю.

— Так… э-э-э… как насчёт?..

— Нет! — Я тут же закрыла дверь и заперлась. — Меня не возбуждают парни, которые сегодня умрут.

— Эх, ладно… прощай, Билдж.

Некоторое время я молчала, но ничего не слышала. Кажется, он всё ещё был за дверью.

— Ты ведь девственник, не так ли? — спросила я.

Кусрам продолжал молчать.

— Почему? — поинтересовалась я.

— Я болен.

— Чем?

— Тем же, чем и ты.

Некоторое время мы помолчали.

— Это не болезнь.

— Знаю…

— Прощай, Кус, — тихонько промолвила я, не имея понятия, что ещё ему сказать.

Наконец-то я услыхала звук удаляющихся шагов.

Глава двадцать первая. Кусрам

Я включил свет в раздевалке; лампы были очень тусклыми и изредка мигали. Я открыл шкафчик, расстегнул свою рубашку, снял и повесил на крючок. Меня слегка мутило.

Мельком я взглянул на своё отражение в зеркале, а затем решил остановить свой взгляд на нём. Я был слабаком — никаких мышц, тощий как спичка. Жалкое зрелище. И этому парню придётся биться с самим президентом Райли насмерть. Именно тем самым Райли, который, по слухам, шёл в авангарде своей армии и однажды попал в плен, а затем убил в открытом столкновении десятерых людей Альянса при помощи одной лишь иголки для шитья. Конечно, это звучало слишком абсурдно, и, скорее всего, здесь сыграл принцип «сломанного телефона», но, тем не менее, у каждого слуха есть своё происхождение — наверняка что-то в этой истории могло быть и правдой.

Дверь позади меня открылась и… вот как раз и он.

— Howdy, пушистик, — обратился ко мне Райли.

— Добрый день, — тихо отозвался я, присев на скамью.

— Как себя чувствуешь перед своей смертью?

— Плохо.

— А что так? — ухмыльнулся президент.

— Умирать не хочу.

— Придётся, раз вызвался.

Я молча кивнул в ответ.

— Слушай, котик, — начал Райли, — ты ведь знаком с Келвином Горрети?

— С приёмным сыном мистера Башарана? Да, приходилось пересечься, — подтвердил я.

— Я его отец, — невозмутимо сообщил Райли.

Я немного потупил.

— Вы хотите сказать «биологический отец»? — спросил я.

— Именно это я и хочу сказать. Мы с его матерью были парой незадолго до его рождения.

— Ну, и что мне с того?

— А то, что я не хотел бы навредить другу своего сына.

— Мы с Келвином не друзья.

— А, ну, замечательно. — Райли открыл свой шкафчик напротив и начал раздеваться.

Я снял свои штаны, а затем начал натягивать боевой костюм. Сам по себе костюм никак особо не защищал, будучи лишь косметической частью представления.