Читаем Память огня полностью

— Ну, Сигмон, как думаешь, сколько у нас есть времени? Может, ты сможешь пойти, поговорить с Повелителями Ужаса и Отродьями Тени и попросить их дать мне несколько месяцев, чтобы я мог как следует вас натаскать.

Сигмон покраснел, и Мэт вернул ему посох. Ох уж эти городские мальчишки. Он вздохнул.

— Посмотрите сюда. Все, чего я хочу от вас, это чтобы вы могли себя защитить. У меня нету времени делать из вас великих воинов, но я могу научить вас работать вместе, держать строй и не разбегаться в разные стороны, когда придут троллоки. Поверьте, это позволит вам продержаться намного дольше, чем любое фантастическое владение мечом.

Юноша неохотно кивнул.

— Вернитесь к своим занятиям, — сказал Мэт, вытирая лоб и оглядываясь через плечо. Кровавый пепел! Стражи Последнего Часа направлялись в его сторону.

Он схватил свой ашандарей и поспешил выскочить вон, нырнув сразу в сторону палатки только для того, чтобы столкнуться с группой Айз Седай приближавшихся по тропе.

— Мэт? — спросила Эгвейн, находясь в середине группы из женщин. — Ты в порядке?

— Они меня треклято преследуют, — сказал он, озираясь по сторонам палатки.

— Кто тебя преследует? — сказала Эгвейн.

— Стражи Последнего Часа, — ответил Мэт. — Предполагаю, они хотят вернуть меня в шатёр Туон.

Эгвейн подала знак пальцами, отсылая остальных женщин, кроме ее двух теней — Гавина и Шончанской женщины — которые остались с ней.

— Мэт, — произнесла Эгвейн в терпеливом тоне. — Я рада, что ты, наконец, внял рассудку и решил покинуть Шончанский лагерь. Но не мог бы ты подождать со своим «дезертирством», пока не закончится сражение?

— Извини, — ответил он слушая в пол-уха. — Мы можем пройти на территорию лагеря Айз Седай? Они не последуют за мной туда.

Возможно не последуют. Если все Стражи Последнего Часа похожи на Карида, тогда последуют. Карид нырнет следом за человеком, падающим с утеса, если ему прикажут поймать его.

Эгвейн отпрянула, выглядя недовольной Мэтом. Как Айз Седай умудряются с такой безэмоциональной маской показать человеку, что они им недовольны? Если так подумать, Айз Седай последуют за тем же самым летящим с утеса человеком, лишь бы только объяснить ему, причем в деталях, что все, что он делал, пытаясь покончить с собой, он делал неправильно.

Мэт хотел бы, чтобы все его мысли за последнее время не включали в себя чувство, будто он был одним из тех прыгающих с утеса.

— Мы должны найти способ объяснить Фортуоне, почему ты убежал. — сказала Эгвейн, как только они зашли на территорию Айз Седай. Мэт расположил ее как можно дальше от Шончанской. — Женитьба собирается преподнести проблемы. Я предлагаю, чтобы ты…

— Погоди, Эгвейн, — сказал Мэт. — Что ты имеешь ввиду?

— Ты убегаешь от Шончанских Стражей, — ответила Эгвейн. — Разве ты не слушал… О, ну конечно, нет. Приятно осознавать, что некоторые вещи все еще остаются неизменными, пока весь остальной мир рушится. Квендияр и Мэт Коутон.

— Я убегаю от них, — сказал Мэт, оглядываясь через плечо, — потому что Туон хочет, чтобы я присутствовал на суде. Каждый раз, когда солдат ищет милосердия Императрицы, предполагается, что я один из тех, кто хочет слушать его треклятые доказательства!

— Ты, — сказала Эгвейн, — пропускаешь заседания суда?

— Да, — сказал Мэт, — У меня треклято много работы, если ты хочешь знать. Целый день я избегал стражников, пытаясь выкроить немного времени для себя.

— Немного честной работы не убьёт тебя, Мэт.

— Сейчас ты знаешь, что это неправда. Быть солдатом это честная работа, и она заставляет людей убивать, всё своё треклятое время.

Вероятно, Гавин Траканд иногда практиковался быть Айз Седай, потому что он метал на Мэта такие взгляды, какими могла бы гордиться сама Морейн. Ну и шут с ним. Гавин был принцем. Он был создан, чтобы делать всякие такие вещи, как, например, посещение суда. Вероятно, каждый день за завтраком он посылает на виселицу нескольких человек, ну так, чтобы не потерять форму.

Но Мэт… Мэт не собирался приказывать казнить людей, и это было так. Они прошли мимо группы Айил, сражающихся друг с другом. Может, это была та самая группа, к которой стремился Уриен? Как только они прошли их, Мэт попытался ускорить их шаг так, чтобы Шончан не догнали их, и приблизился к Эгвейн.

— Ты всё ещё не нашла его? — тихо спросил он.

— Нет, — сказала Эгвейн, глядя вперёд.

Нет необходимости упоминать, что это.

— Как могли вы потерять? После всех этих треклятых стараний, чтоб найти его?

— Мы? По рассказам я слышала, что Ранд, Лойал и Порубежники гораздо больше постарались с его поисками, чем ты.

— Я был там, — сказал Мэт. — Я проехал через весь этот растреклятый континент, не так ли? Сожги меня, Ранда и себя впридачу. Вам всем не надоело еще вспоминать о тех днях? Гавин, ты хочешь свернуть тему?

— Да, пожалуйста. — Его голос звучал нетерпеливо.

— Заткнись, — сказал Мэт. — Похоже, что никто не помнит сейчас, кроме меня. Я охотился за этим проклятым Рогом, как сумасшедший. И, заметь, что это я, дунул в него, и нам удалось сбежать из Фалме.

— Это то, как ты сейчас это помнишь? — спросила Эгвейн.