Читаем Оригинал полностью

— Ты и я. Этого никогда не должно было случиться, — хрипло ответил Грегордиан, останавливаясь напротив меня и глядя так, что у меня все внутри перевернулось от противоречивых эмоций. Его слова были констатацией откровенной безнадежности для меня, которая для всех вокруг никакая не трагедия, а лишь восстановление естественного порядка вещей. Но вот его взгляд… В этом сверкающем мрачностью сером льде был тот свет, что давал крошечную толику надежды.

— Но случилось, — тихо проговорила, пытаясь вцепиться за этот проблеск, но чувствуя себя соскальзывающей, потому что реальной опоры не было. Я не понимала, почему все так!

— Да. И осложнило все еще больше, — кивнул Грегордиан и усмехнулся, но не так как раньше — зло и насмешливо, а как-то расслабленно, хотя и не без некой нотки обреченности. — Но сейчас я этому даже рад.

— Рад? — спросила опять тихо, борясь с желанием закричать в голос. — Но этой радости, выходит, недостаточно для того, чтобы снять с моей шеи петлю? Эти твои радостные осложнения дают мне лишь отсрочку, но совсем не помилование? Хотя нет! Зная тебя, скорее уж просто время тебе наиграться со мной! Так?

Тут же прикусила язык, увидев, как изменилось и потемнело лицо Грегордиана, становясь почти страшным. Зачем я позволила упреку прорваться? Разве этот мужчина поймет и примет его смысл? Нет! А сказанное разрушит даже то хрупкое взаимопонимание, что у нас было. А ведь очень может быть, оно было единственным моим шансом избежать гибели. Но слов не вернешь, и внутри словно прорвало.

— Зная меня, Эдна? — навис надо мной Грегордиан, но я уперлась в его грудь и вынудила позволить мне тоже подняться. — Думаешь, что хоть немного знаешь меня?

— Нет! — с горечью выплюнула я, глядя ему в глаза и отказываясь уступать его давлению. — Мне казалось, что вроде бы начала узнавать, но нет! Но знаешь что, архонт Грегордиан? Думаю, мне это больше и не нужно! Я не страдаю гребаным стокгольмским синдромом и не собираюсь проникаться чувствами к тому, кто не дрогнущей рукой отправит меня на смерть!

В сером льдистом пламени напротив добавилось ярости, но наружу ей деспот в отличии от меня не дал прорваться.

— Что касается чувств, женщина, то для нас обоих уже поздновато изображать их отсутствие! — ровно произнес он, знающе ухмыльнувшись. — И никакой смерти не будет, сколько тебе повторять! Я позволю провести обряд, только если буду точно уверен в том, что ты выживешь. — Вот тут краткая вспышка.

Не лги мне, деспот, не сейчас и не в этом!

— Уверен? Как часто кому-то случалось проводить нечто подобное? — Грегордиан неопределенно дернул головой, разрывая зрительный контакт. — Ясно, ни разу. Выходит, я должна рискнуть жизнью или своим здравомыслием, став подопытным животным в долбаном магическом опыте, исход которого неизвестен? И все почему? Потому что ты хочешь меня сохранить для дальнейших развлечений, пусть даже весьма условно, и заполучить наследника со всеми вытекающими!

— Наследник — необходимость, Эдна! — все еще не глядя на меня, ответил Грегордиан. — А то, что между нами — это совсем не развлечение, и тебе это известно так же хорошо, как и мне!

— Да не важно это! — махнув руками, возразила я. — Значение имеет совсем другое! Жертва здесь требуется от меня, а не от тебя, и причем совсем недобровольная! А я не хочу! Не хочу, чтобы меня потрошили и кромсали, неважно — физически или морально! Не хочу!

Повтори я это сколько угодно раз, ничего не изменится.

— Ты так любишь говорить о справедливости, Эдна, — желчно заметил Грегордиан, снова усаживаясь в кресло. — Так если следовать ей, у тебя есть, то что принадлежит Илве от рождения! Разве просто вернуть чужое — это жертва?

— О, ну надо же! — сорвалась и я в ответную язвительность. — Ты станешь теперь мне тыкать человеческими принципами? А как насчет того, что мы теперь в мире фейри, а тут кто первый встал, того и тапки! Если эта самая душа теперь у меня, то расставаться я с ней не намерена! Я хочу оставаться собой, такой, как сейчас, а не превратиться в твою куклу из секс шопа!

— Не забывай, женщина, что захваченное в моем мире нужно еще и иметь силы удержать, отстоять у других претендентов! — угрожающе подался вперед деспот. — А в этой борьбе ты мне не противник!

А вот на эту темы мы, помнится, уже говорили.

— Просто потому, что я никогда по-настоящему и не хотела им быть, архонт Грегордиан! — смехотворно, конечно, Аня! Все равно что шавка, лающая на слона. Ну и плевать. Но просто взять и поднять лапки я не готова.

— Прекрати, Эдна, — Грегордиан, вместо того чтобы разозлиться, устало потер переносицу, будто страдая от головной боли, и я упрекнула себя за то, что, несмотря на всю злость и его бессердечность, во мне снова зарождалось нечто похожее на жалость к нему. — Не затевай то, что совершенно бессмысленно! Просто доверься мне, и я сделаю все, чтобы добиться результата, который устроит всех!

Секундная слабость исчезла, смытая новой волной праведного гнева.