Господи, с каким же пафосом сказано! Ну, да мне не все равно ли? Пусть этот принц хоть раздуется от осознания собственной значимости, лишь бы Хакон утерся и свалил отсюда изобретать новый план по каверзам. Лично мне безумно нужна передышка и твердая уверенность, что с невыносимым деспотом Грегордианом все в порядке, внешняя угроза миновала, и я могу вернуться к нашим внутренним баранам, которые те еще редкостно упертые скотины.

Глава 28

Оказалось, что снять оковы с принца, — это вам не раз плюнуть. Пришлось подниматься в нашу с деспотом башню и искать особый отпирающий ключ. Я раньше не обращала внимания на лари, стоящие вдоль той стены, где было развешано трофейное оружие деспота. Эти здоровенные сундуки из кованого железа выглядели так, что я сомневалась в том, что мне под силу поднять крышку. Наполнены они были таким количеством всякого явно магического барахла, что если бы не подсказка заглядывающего через мое плечо Хоуга, который взирал на содержимое с восхищением и даже благоговением, то я бы ни за что не догадалась, что некий округлый, тускло поблескивающий предмет и есть то, что нужно. Причем сам асраи даже пальцем не коснулся не только ни единого предмета, но даже и самого ларя. Хитрая зараза! Надеюсь, Грегордиан не убьет меня по-настоящему за посягательство на его имущество.

Само собой, драконий принц не смог обойтись без шоу. Едва оказавшись на свободе, он попросил, нет, точнее будет сказать, повелел «вывести его под небо», как он выразился. От этой просьбы-приказа асраи и хийсы сильно занервничали. Я и сама, если честно, начала сомневаться, стоит ли это делать.

— Надеюсь, ты обойдешься без глупостей? — осторожно спросила я принца.

— А если нет, то что ты сможешь сделать, женщина? — заносчиво фыркнул он.

— Ничего, — пожала я плечами. — Я новичок в этом мире, так что если ты поступишь так, то я пойму, что здесь драконы относятся к существам, не достойным доверия.

— Я дал клятву избраннице судьбы! — огрызнулся с оскорбленным видом принц, и на этом разговор, на его взгляд, был исчерпан.

Оказавшись во дворе, он махнул всем рукой, требуя пространства, и у асраи стал такой пораженный вид, что мне подумалось, не особо то они верят во все громкие и пафосные клятвы. Интересно, это потому, что делать этого и правда не стоит или в силу собственной лживой асрайской натуры? Ведь тот, кто склонен лгать в своих целях, сам не может не подозревать подобного и в других.