Читаем Оригинал полностью

Раффис был голым, очень худым, с длинными светлыми волосами, превратившимися в колтун, точный оттенок которых невозможно было рассмотреть из-за грязи и скудности освещения. Тело его, несмотря на истощение, было мускулистым и удивительно красивым, каким только может быть красиво тело юноши, не достигшего полного расцвета, не заматеревшего. Аристократическое, я бы сказала, совершенных линий лицо, впалые щеки, острые скулы, рот из разряда тех, что принято называть грешным. Да уж, это был тот случай, когда породу и естественную привлекательность за грязью и худобой не спрячешь. И я неожиданно испытала краткую злость на Грегордиана, вспомнив, как все восторгались его победой над этим драконьим принцем. Раффис не выглядел, на мой взгляд, достойным противником такой машине убийства, как деспот. Но потом я напомнила себе о множестве смертоносных существ в этом мире, абсолютно безобидных на первый взгляд. Принц гордо выпрямился и вздернул подбородок, звякнув длинными цепями, и словно тугая волна невидимой энергии разошлась по всему помещению, просачиваясь сквозь меня, многократно отражаясь от стен и прокатываясь снова и снова. Нечто подобное я ощущала в моменты сильных эмоций Грегордиана. Справа от меня едва слышно выдохнула Илва, все еще скрытая от принца стеной, очевидно, ощущая то же, что и я. Раффис слегка дернул головой, будто прислушиваясь и встречаясь настороженным и заинтересованным взглядом со мной, и я моргнула удивленно. Его глаза светились в темноте. Не отблескивали, отражая свет, как у кошек, а именно светились мягким густо-фиолетовым цветом. Раффис, не сдвигаясь с места, открыто потянул воздух, принюхиваясь, одновременно буквально ощупывая и вгрызаясь внутрь взглядом, и тут же разочарованно скривился, морща нос так, словно мой запах и увиденное было в миллион раз отвратительней местной вони. И в этот момент он тут же утратил для меня всю свою привлекательность, и градус моего сострадания к его положению резко упал до нуля. Слишком уж достали меня за время нахождения в мире Старших заносчивые ублюдки всевозможного происхождения, позволяющие себе открыто демонстрировать мне свое пренебрежение. Наплевать на его мнение, я здесь не ради его заносчивого высочества, а для того, чтобы сохранить собственный островок относительной безопасности в этом придолбнутом мире, зависящий от единственного важного для меня мужчины. Поэтому, как бы он ни кривился, я честно попытаюсь, а там будь что будет.

— Принц Раффис, меня здесь зовут монна Эдна. Я пришла сюда, чтобы предложить тебе сменить это мерзкое подземелье на удобные покои, более подходящие для пребывания кого-то с твоим происхождением, — не заморачиваясь на стойкое ощущение растущей неприязни, как можно более доброжелательно произнесла я. — Также я осмелюсь предложить тебя разделить пиршество в главном трапезном зале Тахейн Глиффа не только со мной, но и с королевским посланником Хаконом, дабы обсудить условия твоего возможного полного освобождения и построения новых взаимоотношений между двумя государствами.

Раффис старательно изображал ледяное безразличнее, но я заметила краткую вспышку интереса в его странных раскосых глазах, которую мужчина, однако, очень быстро погасил и искривил губы, еще больше вызывая у меня острый импульс двинуть чем-то тяжелым по его красивому лицу. Несколько минут прошло в тишине, а потом принц посмотрел через мое плечо на асраи.

— Она же не может всерьез рассчитывать, что я приму приглашение от шлюхи, греющей постель моего врага? — обратился он к мужчинам так, словно я была тварью бессловесной, не заслуживающей ни взгляда, ни ответа. — Тем более что стану обсуждать с кем-то вроде нее мое освобождение?

Вот же скотина! Злость вскипела, ударяя в голову тугой огненной волной, хоть я себя и готовила морально к подобному поведению.

— В том мире, откуда я, делить постель с любимым мужчиной не преступление и не повод для осуждения или навешивания ярлыков на женщину, о личных качествах которой ты, принц Раффис, и понятия не имеешь! — сухо заметила я. — И кем бы ты меня ни считал, я единственная, кто предлагает тебе выбраться из вонючей темной дыры, где ты гниешь заживо. И, если я в качестве посланника тебя не устраиваю, то можешь и дальше прекрасно проводить тут время, потому как, на мой взгляд, с таким отношением к окружающим, предлагающим тебе благо, именно этого ты и заслуживаешь!

Конечно, я блефовала, уходить отсюда, не добившись согласия от Раффиса, для нас был не вариант.

— Эдна! — зашипели на меня в два голоса асраи, но зато принц соизволил снова вернуть мне все свое внимание.

Снова повисло молчание, но поза и выражение лица принца поменялись, и процесс с изучением моей персоны повторился. Понимая, что моя роль, скорее всего, окончена, я посмотрела на Илву, которая так и стояла у боковой стены, с любопытством наблюдая за моим провалом. Я уже кивнула ей, давая знак, что пришел ее черед попытаться, как принц заговорил:

— Я готов обсудить условия моего освобождения… но не с тобой! — произнес он так, будто делал мне одолжение каждым словом.