— То, что между тобой и архонтом… — она снова дернула головой и ссутулилась. — Когда смотришь на вас, это ощущается таким настоящим.

— Я очень сильно надеюсь, что так и есть.

Я и правда на это отчаянно надеюсь. Иначе просто оно того не стоит.

— Я тоже хотела бы такого однажды. Но не с ним. Нет. — Илва покачала головой и вздрогнула.

— И что же нам делать?

В этот момент за дверью раздался шум.

— Ничего, первая фаворитка. От нас тут ничего не зависит, — пробормотала Илва, быстро отходя к окну и становясь опять безмолвной статуей, которую я застала вначале.

— Черта с два в это верю! — возразила я и тут же ослепла от резко ударившего по глазам света, когда в покои ввалились Сандалф и Хоуг с такими дикими лицами, будто ожидали увидеть море крови и кишки, развешанные по люстрам. Вот только интересно, чьи?

Глава 25

Рыжий, полоснув по мне диким взглядом, пронесся мимо меня к Илве, буквально хлопая по светильникам. Хоуг же застрял на входе, будто ожидал от меня попытки бегства.

— Монна Илва, с тобой все в порядке? — Сандалф, подскочив к невесте архонта, практически ощупал ее глазами с ног до головы, и я едва сдержала насмешливое фырканье. Не о той переживаете, мальчики!

Само собой, кинжал, которым Илва тыкала в меня, бесследно исчез в складках ее одежды, и она опять искусно изображала существо, абсолютно безразличное ко всему вокруг. Без малейшего удивления или заинтересованности Илва сухо кивнула рыжему, одаривая кратким, лишенным любого выражения взглядом, так, словно не происходило ничего из ряда вон. Жаль, я из-за этих ввалившихся спасателей Малибу не успела ее спросить, на кой черт она изображает бесчувственную куклу, а новая возможность поговорить может и не представиться. Ясно, что не просто так, и, зная этот мир, догадываюсь, что это ее собственный механизм защиты. Вот только от чего и какую цель преследует?

Убедившись в целости и сохранности Илвы, Сандалф повернулся ко мне и свирепо уставился.

— Что, во имя Дану, тебе тут понадобилось, голем? — грозно рявкнул он, не произведя, впрочем, на меня ни малейшего впечатления.

Если я что-то и поняла, так это то, что никто и пальцем меня тут тронуть не посмеет, пока я сохраняю свой статус. А сама пасовать перед всякими хамами я не собираюсь.

— Монна Эдна, асраи! — ткнула я ему, презрительно фыркнув, и, гордо выпрямившись, повернулась к рыжему спиной, направляясь к двери.

Нарочно двигалась так, словно Хоуг и не торчал там, прикидываясь непроницаемым барьером, и тот был просто вынужден отступить в последний момент.

— Я задал тебе вопрос! — не унимался Сандалф, следуя однако за мной уже по коридору.

— А я решила тебе не отвечать, потому как это не твое асрайское дело, — беспечно огрызнулась я, шагая обратно к своим покоям.

Вдруг рыжий стремительно обогнал меня и встал на пути так неожиданно, что я едва не расквасила нос о его широкую грудь.

— Архонт Грегордиан оставил меня ответственным за безопасность в Тахейн Глиффе в его отсутствие! — продолжая сверлить во мне дыры взглядом, сообщил он.

— Тебе дали порулить, пока большие дяди в отлучке? — ведь понимала, что дразню его, но ничего не могла поделать, вот бесил он меня.

— В моей власти запереть тебя до возвращения архонта, если я сочту твое поведение опасным, голем! — наклонившись к самому моему лицу, гневно сказал он.

— Монна Эдна, засранец! — прошипела я в ответ, так же подаваясь вперед. — А в моей власти наябедничать архонту, что ты оказался ни черта не состоятельным в роли шефа службы местной безопасности!

Ярко-зеленые глаза рыжего сузились, полыхая яростью, а кулаки сжались.

— Какая все-таки жалость, что архонт переспал с тобой раньше, чем узнал, кто ты! — практически выплюнул он. — Не случись этого, ты бы давным-давно сдохла и не бесила меня так постоянно!

— Я тебя бешу? — поразилась я его наглости. — Да это ты с первого момента в меня ядом плюешься при любой возможности! Что я тебе такого сделала, раз ты ровно дышать в мою сторону не можешь?

— Ты худшее, что могло случиться с моим архонтом! — заорал рыжий так, что у меня уши заложило. — Ты меняешь его! Думаешь, со стороны этого не видно?

Снова внутри взбрыкнула безбашенная собственница, и язык прямо зачесался рявкнуть, что Грегордиан мой, а они так, с боку припеку, но я вовремя прикусила его, осознав, что наши понятия «мой» весьма разнятся, хоть и чему-то первобытному, психующему во мне, было плевать на эту разницу. Притязание есть притязание, как его ни крути.

— Я делаю его счастливее!

Очень смелое заявление, Аня, учитывая, как тебе удается выводить из себя деспота, но буду учиться у фейри нахально причислять к своим достоинствам что бы то ни было.

— Слабее! — возразил Сандалф. — Архонт — воин, а не любовник!

Тебе ли судить об этом, рыжая скотина!

— Он мужчина, со своими чувствами и душой, на которую всем вам наплевать! Все, что вы хотите видеть, — это его силу и жестокость!