Читаем Огни Камелота (СИ) полностью

Мир вдруг оказался полон ветра и солнца. Ее Ифтир жил в ее мужчине.

Влетев в нужный шатер, она увидела сидящего на скамейке рыцаря, стучащего зубами рядом Мерлина и закатывающую рукава Пенелопу. На входе ее поймал за локоть Гриффиндор и, заглядывая ей в глаза, убедительным, успокаивающим голосом сказал:

- Пен сможет его вылечить. Все хорошо, она успела вовремя. Он выживет.

Когтевран никогда еще не видела у него такого понимающего взгляда и такого серьезного тона. Она благодарно кивнула.

Пуффендуй использовала свой талант, чтобы магией вытащить впитавшийся в кожу яд. В ее глазах золото сменялось зеленью, мельтешило, вспыхивало, извивалось и гасло. Кандида вместе с Мерлином стояла и волновалась, даже не скрывая этого.

Наконец Пенелопа моргнула и опустила руки. Выдохнула и улыбнулась, слегка устало, но радостно.

- Получилось. Я испарила яд. Все хорошо.

Когтевран подошла к ней, молча взяв ее руки в свои. У нее не было слов, чтобы выразить благодарность. Как сказать о той черной глубине, с которой тебя только что вытащили под солнечный свет? Как сказать о той гигантской тяжести, которую вдруг чудесным образом уничтожили? Как сказать о том, что ты только что был одной ногой за той чертой, где нету слов? И вот ты жив. Ты дышишь.

- Я просто хотела помочь, – тихо сказала Пен, с понимающим взглядом кивнув и мягко отняв руки. Кандида сглотнула.

Как-то незаметно шатер опустел. Мерлин последним выскользнул наружу, а Когтевран уже сбросила последнюю маску. Она присела на скамью и поднесла к своей щеке огромную мужскую ладонь.

- Ты же не любишь меня.

Она тихо рассмеялась. От того, как быстро ее мир встал и воскрес. В знакомом басе не было холода, упрека или злости. В нем была улыбка. И она смеялась, сознавая, что Теодор все понял с самого начала. Он слишком хорошо ее знал.

- Глупый, – мягко произнесла она, и многие бы дали голову на отсечение, что ее голос никогда не может звучать так мягко и нежно. – Когда это я могла тебя обмануть?

Рыцарь потянул ее ближе к себе и накрыл ее губы своими. Они так давно не целовались, что этот поцелуй показался им почти первым. Жадным, тягучим, полным воздуха и уверенности.

- Почему ты еще меня любишь? – прошептала королева в промежутке между поцелуями. – Ведь я не сумела спасти твою семью.

- Я тоже не сумел, – дохнул ей на ухо любимый бас. На его груди было привычно жестко из-за немного грязной кольчуги, а где-то рядом позвякивал на поясе меч. – Я тоже давал клятву верности Ифтиру. Я тоже клялся всех защищать. Я тоже не сумел никого спасти. Если кто-то виновен, то мы оба.

- Как же нам жить с таким грехом?

- Главное – жить. Мы все исправим. Только не замыкайся в себе, не закрывайся хотя бы от меня. У тебя это все равно не получится.

- Не задевай мою гордость, – она с улыбкой прижалась лбом к его лбу, вдыхая не слишком-то приятные запахи мужчины, вернувшегося с боя, но она привыкла жить среди этих запахов. Они больше, чем что-либо другое, напоминали ей о доме. – Я постараюсь.

- А я помогу. Вместе как-нибудь вылезем из этого болота.

И она поверила ему. Вместе они выживут. Вместе они все исправят. Ифтир был мертв. Но рядом с ней был мужчина, который любил ее, несмотря на всю ее вину. А значит, она справится.

Они совершенно забыли о турнире, наслаждаясь поцелуями, но турнир напомнил о себе голосом Артура, прозвучавшим снаружи.

- Как там мой противник? Все в порядке?

- Да, он здоров, – ответил Мерлин, видимо, стоявший на страже. – Через минуту выйдет на ристалище.

- Во-от, а ты говорил, будет опасно. Как можно быть таким трусливым, Мерлин?

- цитата из 47-го сонета У. Шекспира

====== Глава 61. Перемирие с судьбой. ======

В декабре жизнь вдруг стала налаживаться. Ни одного нападения чудовища, ни одной стычки на границах, ни одного наемника, ни одного злодея-колдуна. И в каком-то смысле это затишье даже пугало. Например, к чему притих Один у себя в Норфолке? Что готовило его молчанье? А что означали те слухи, что носились вокруг Амата, с чьим королем Камелот пока что предпочитал не связываться? А что затевали колдуны? И самое главное...

Однажды морозным вечером Гвиневра вернулась в свои покои после довольно легкого дня мелких забот.

- Миледи, – тут же расцвел улыбкой Артур, увидев ее из-за стола.

- Милорд, – улыбнулась в ответ королева и, зайдя за спинку его стула, положила руки ему на плечи и коснулась губами светлой макушки. – Привет, Мерлин.

Друг кивнул ей, не отвлекаясь от своего занятия. Он сосредоточенно зашивал дырки на рубашке короля. Рядом лежали еще три таких рубашки. А на столе веером лежали документы. Быстро оценив их содержание, Гвен кое-что поняла.

- О чем задумался? – спросила она.

- Не нравится мне это затишье, – ответил Артур. – Особенно...со стороны Морганы. Ее не было слышно с самого Круэля. Где она пропадает уже полгода?

- Вероятно, готовит очередную каверзу, – пожала плечами Гвиневра. – И, наверное, грандиозную, учитывая сроки ее отсутствия.

- Вот это и пугает...