Читаем Огненные рейсы полностью

Из донесений разведки стало известно, что для восполнения больших потерь, понесенных под Севастополем, Манштейн снял часть своих войск с Керченского полуострова и бросил их на осаду города, что существенно увеличивало шансы на успех. К тому же противник не успел закончить инженерно-строительные работы по укреплению побережья. Правда, на полуострове оставались еще немалые вражеские силы — 46-я немецкая пехотная дивизия, 8-я румынская кавалерийская бригада (общая численность — до 25 тысяч человек), 50 полевых орудий вдоль побережья, несколько вооруженных катеров, несших регулярную патрульную службу с моря.

Вице-адмирал Октябрьский был вызван в Новороссийск, где совместно со штабом Закавказского фронта должен был завершить работу по организации десанта.[110]

На заседании Военного совета командующий Закавказским фронтом Козлов предоставил слово начальнику пароходства, который доложил:

— Работа по переоборудованию пароходов и теплоходов идет полным ходом.

— Какое настроение у людей? — спросил командующий фронтом.

— Все экипажи готовы к выполнению любого, самого сложного, задания.

— На моряков торгового флота, — сказал генерал Козлов, — возлагаются особые надежды. Военный совет уверен, что вы оправдаете доверие Родины.

Руководство подготовкой десантной операции было поручено начальнику штаба Черноморского флота контр- адмирал}' И. Д. Елисееву и члену Военного совета флота дивизионному комиссару И. И. Азарову. По их предложению было решено временно сократить перевозки между портами Кавказа и Севастополя. На этой линии оставались только военизированные транспорты «Абхазия», «Львов», «Белосток», «Чехов» и «Красная Кубань», а конвоирование транспортных судов к севастопольским бухтам возлагалось на четыре базовых тральщика и эсминец «Свободный».[111] Весь остальной боевой и торговый флот Черного и Азовского морей усиленно готовился к предстоящей операции.

Основным районом высадки десанта командование выбрало Феодосийский порт, который мог принимать крупные суда. Главные силы десанта предполагалось вывести кратчайшим путем в тыл Керченской группировки противника и, отрезав ее от главных сил 11-й немецкой армии, полностью уничтожить.

Вспомогательные удары должны были нанести Азовская военная флотилия и Керченская военно-морская база, эвакуированная на Тамань.

Вместе с военными моряками высадку десанта войск призваны были обеспечить экипажи судов торгового флота, базировавшегося в портах Азовского моря, в частности в Темрюке. Пароходы «Красный флот», «Ейск», «Пенай», мелкие торговые суда «Фанагория», «Николаев», «Гордипия», «Танаис», «Дофиновка», «Урицкий» и «Должанка», баржи «Таганрог», «Хопер», «Минная» и земснаряд «Ворошилов» приняли более 3 тысяч десантников, 21 орудие, б танков, большое количество автомашин, боеприпасов, продовольствия.

Для высадки десанта военное командование привлекло все самоходные рыболовецкие суда, плавсредства Азовтехфлота и Азово-Кубанского пароходства. Только ближайшие рыбоколхозы в срочном порядке направили в Темрюк 55 сейнеров, 150 байд и лодок.[112] По решению городского комитета обороны, трудящиеся Темрюка в небольших доках организовали ремонт судов, доставили на пароходы топливо, теплую одежду, продовольствие, газеты, журналы.[113]

Черноморский военный и торговый флот остро нуждался в топливе, особенно в твердом. С оккупацией Донбасса доставка угля и металла в порты Кавказа резко сократилась, что очень сдерживало ремонт и действия боевых кораблей и транспортных судов. В ходе подготовки к десантной операции трудящиеся Грузии из имеющихся запасов выделили 4500 тонн угля торговому и техническому и 4000 тонн военному флоту,[114] передали морякам несколько тонн листовой стали.

Благодаря этому все четырнадцать транспортных судов, поступивших в распоряжение Закавказского фронта, были в срок отремонтированы и подготовлены для предстоящей операции. В первый отряд вошли «Зырянин», «Жан Жорес», «Ногин», «Анатолий Серов», «Шахтер», «Ташкент», «Красный Профинтерн» и «Азов», собранные в Новороссийске. Во второй отряд, формировавшийся в Туапсе, — суда «Калинин», «Димитров», «Курск», «Красногвардеец» и «Фабрициус». Теплоход «Кубань» был включен в отряд огневой поддержки, состоявший из боевых кораблей.

Подготовкой транспорта руководили заместитель наркома морского флота Е. Самборский, начальник управления военно-транспортной службы Б. Бортновский, начальник пароходства Г. Мезенцев и начальник политотдела пароходства А. Степанов. По их инициативе были созданы специальные ремонтные бригады из самых квалифицированных специалистов во главе с инженерами А. Мирющенко, Н. Заболотным и П. Лиманчуком. В помощь береговым службам и экипажам политотдел направил большую группу партийно-хозяйственного актива.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное