Читаем Огненные рейсы полностью

Моряки торгового флота часто выполняли оперативные задания военного командования. Переброска по приказу Ставки 338-й стрелковой дивизии с Закавказья в Севастополь — для усиления сражающегося гарнизона тоже была поручена морякам Черноморско-Азовского бассейнового управления. Погрузка была назначена в Поти на б декабря.[100] Первым принял на борт 1700 солдат и офицеров теплоход «Анатолий Серов». За ним — «Зырянин», «Ногин», «Димитров», «Абхазия», «Курск». Потом на Севастополь взял курс теплоход «Львов» с продовольствием для осажденного гарнизона.

Неутомимо работали на трассе жизни экипажи танкерного флота. В начале декабря несколько рейсов к причалам Севастополя совершили моряки «Москвы» и «Апшерона». Последний, следуя с грузом горючего, наскочил в условиях плохой видимости на вражескую мину и 11 декабря затонул на подходе к севастопольскому фарватеру.[101]

Маршевые пополнения и боевая техника, доставленные в Севастополь судами торгового флота и боевыми кораблями, значительно укрепили силы его защитников.

17 декабря Манштейн предпринял новое наступление. Враг бросил в бой огромные силы — более семи дивизий, около 150 танков, почти 300 самолетов, большое количество артиллерии. Город обстреливала и 800-миллиметровая «Дора», которую вместе с полуторатысячной прислугой доставили в район Севастополя на шестидесяти железнодорожных составах.[102]

Ожесточенные бои нередко переходили в рукопашные схватки. Враг вынужден был вводить в бой свежие силы — под Севастополь срочно перебрасывалась 170-я немецкая дивизия.

Учитывая это, Ставка Верховного Главнокомандования 20 декабря переподчинила Севастопольский оборонительный район Закавказскому фронту, дав приказ командующему фронтом генерал-лейтенанту Д. Т. Козлову немедленно направить в Севастополь одну дивизию, перебросить 3 тысячи человек маршевого пополнения,, усилить гарнизон авиационной поддержкой и наладить регулярное снабжение его боеприпасами.[103]

Штаб Закавказского фронта выделил в помощь севастопольцам из состава 44-й армии 345-ю дивизию и 79-ю стрелковую бригаду. Боевые корабли «Красный Кавказ», «Красный Крым», «Бодрый» и «Незаможник» доставили из Новороссийска в Севастополь 4000 человек и вооружение стрелковой бригады.

Моряки торгового флота получили задание переправить из Поти на Крымский полуостров личный состав и вооружение 345-й дивизии, а также 81-й танковый батальон из Новороссийска.[104]

Управление и политотдел пароходства спешно отбирали наибол-ес быстроходные суда и организовывали их переоборудование с учетом предстоящих перевозок. Доукомплектовывались и инструктировались экипажи. По инициативе коммунистов и комсомольцев из моряков были созданы бригады грузчиков и ремонтников. Вместе с портовиками они подготовили суда к рейсу менее чем за сутки. На рассвете 21 декабря от Потийского порта ушли в суровое зимнее море и взяли курс на Севастополь крупнотоннажные суда «Калинин», «Димитров», «Анатолий Серов». Они везли в Крым 5250 солдат и офицеров 345-й дивизии и 21 артиллерийское орудие. Вслед за ними вышли пароходы «Курск», «Фабрициус» и «Красногвардеец», имея на борту 4820 человек пополнения для Севастопольского гарнизона, 16 орудий и 12 минометов.[105] Экипаж теплохода «Жан Жорес» доставил из Новороссийска в Севастополь 81-й отдельный танковый батальон.[106]

В конце декабря по поручению Ставки Верховного Главнокомандования маршал Б. М. Шапошников сообщил защитникам города, что в их распоряжение направляется 3-й дивизион 8-го гвардейского минометного полка.[107] Перебросить его поручили морякам торгового флота.

Только в декабре из портов Кавказа в Севастополь было доставлено около 30 тысяч войск и большое количество оружия, значительную часть которых перебросили в Крым экипажи судов Черноморско-Азовского бассейнового управления.

Благодаря помощи Большой земли советские воины и трудящиеся города создали на подступах к Севастополю непреодолимый заслон. Из-за больших потерь гитлеровцы вынуждены были сократить фронт наступления на город с 30 до б километров. В общей сложности за две недели противник потерял в боях около 40 тысяч человек убитыми и ранеными, много танков, артиллерии, десятки самолетов.[108] Оккупанты вынуждены были бросать в бой даже личный состав своих тыловых частей.[109]

Войска Манштейна, пользовавшегося славой непобедимого генерала, не смогли сломить сопротивление героев Севастополя.


В ТЫЛ АРМИИ МАНШТЕЙНА

В дни, когда шли ожесточенные бои под Ростовом и Севастополем, а под Москвой развивалось контрнаступление наших войск, в Ставке Верховного Главнокомандования планировали новую операцию, в которой должен был сыграть немалую роль Черноморский флот. Речь шла о высадке морского десанта на Керченский полуостров, что давало возможность ликвидировать угрозу вторжения противника через Керченский пролив на Кавказ и, самое главное, оказать существенную помощь осажденному Севастополю.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1937. Трагедия Красной Армии
1937. Трагедия Красной Армии

После «разоблачения культа личности» одной из главных причин катастрофы 1941 года принято считать массовые репрессии против командного состава РККА, «обескровившие Красную Армию накануне войны». Однако в последние годы этот тезис все чаще подвергается сомнению – по мнению историков-сталинистов, «очищение» от врагов народа и заговорщиков пошло стране только на пользу: без этой жестокой, но необходимой меры у Красной Армии якобы не было шансов одолеть прежде непобедимый Вермахт.Есть ли в этих суждениях хотя бы доля истины? Что именно произошло с РККА в 1937–1938 гг.? Что спровоцировало вакханалию арестов и расстрелов? Подтверждается ли гипотеза о «военном заговоре»? Каковы были подлинные масштабы репрессий? И главное – насколько велик ущерб, нанесенный ими боеспособности Красной Армии накануне войны?В данной книге есть ответы на все эти вопросы. Этот фундаментальный труд ввел в научный оборот огромный массив рассекреченных документов из военных и чекистских архивов и впервые дал всесторонний исчерпывающий анализ сталинской «чистки» РККА. Это – первая в мире энциклопедия, посвященная трагедии Красной Армии в 1937–1938 гг. Особой заслугой автора стала публикация «Мартиролога», содержащего сведения о более чем 2000 репрессированных командирах – от маршала до лейтенанта.

Олег Федотович Сувениров , Олег Ф. Сувениров

Документальная литература / Военная история / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное