Читаем Ночь накануне полностью

Он повернулся на стуле и уставился на компьютер Ребекки. Не было никаких дублирующих дисков с именем Кейтлин на них. Тем не менее, Адам перерыл их все. И на жестком диске ничего. По крайней мере, ничего, что он мог бы найти. Но существовал способ восстановить удаленные файлы; он слышал от одного из своих друзей-компьютерщиков. Всегда есть способ достать старую информацию, иногда, даже если поврежден жесткий диск. Так что все, что ему сейчас было нужно - это небольшая помощь. Он рассеянно подумал, существует ли книга с названием "Компьютерное хакерство для чайников". Если да, то ему нужен один

экземпляр.

Адам перевел взгляд на нетронутую чашку кофе и вспомнил, как Кейтлин держала ее, словно хотела согреться. В комнате, где температура воздуха почти достигала восьмидесяти градусов [4]. Он подозревал, что Кейтлин хотела поговорить о своем муже. Все это вступление про ее семью было важно для него, как психиатра, конечно, если он собирался наблюдать ее. Но в действительности она хотела поговорить о Джоше Бандо, своем браке с ним и его смерти... однако сначала, подумал Адам, чтобы сеансы выглядели настоящими и чтобы немного успокоить его совесть, они должны заложить основу.

Итак, завтра она придет снова. Он сцепил руки в замок и оперся подбородком на сплетенные пальцы. Адам сам предложил назначить прием. Ему было необходимо ускорить события.

Была и еще одна причина, та, в которой он не хотел признаваться даже самому себе, та, с которой он не хотел иметь дело. Конечно, Кейтлин - женщина беспокойная и беспокоящая. Но истина заключалась в том, что он хотел увидеть ее снова, и не обязательно как психиатр пациента, а скорее как мужчина женщину.

Что совершенно неприемлемо.

Опасно для них обоих.

Если он свяжется с ней, со своей пациенткой, это может стоить ему лицензии.

А если она свяжется с ним, с тем, кому доверяет, это может стоить ей всего.

***

Забренчал телефон.

Шугар, протиравшая пыль с телевизора, запихнула тряпку в задний карман и схватила трубку прежде, чем телефон зазвонил в третий раз.

- Алло?

Тишина.

- Алло? Алло? Кто это?

Снова никакого ответа. Она подумала об этих бесконечных телемаркетёрах[5], пытающихся продать все, начиная с нового телефонного сервиса и заканчивая фаллоимитаторами.

- Послушайте, я кладу трубку!

У нее мелькнула другая мысль. Может, это какой-то извращенец, который был в клубе прошлой ночью и наблюдал за ее танцем. С нее хватит.

- Чтоб ты сдох! - Выкрикнула она

- Сдохнешь ты! - Прошептал кто-то на другом конце провода.

Кровь в жилах Шугар застыла. Она бросила трубку. Кто ее нашел? Она платила неплохие деньги за то, чтобы ее номер не значился в справочниках, но это не мешало продавцам, торговавшим по телефону, находить ее. Или извращенцам.

- Дерьмо. - Ведь был еще один странный звонок, когда тоже никто не ответил, но ей показалось, что она услышала "Умри, сука" как раз перед тем, как Цезарина, раненная, вернулась домой. По ее коже поползли мурашки. Была ли связь между этими звонками?

Передняя дверь открылась, затем со стуком захлопнулась.

Шугар от испуга едва не подпрыгнула до потолка.

Крикет, выглядящая так, будто дважды за последние двадцать четыре часа побывала в аду и вернулась обратно, вошла в комнату, бросив свой рюкзак у обеденного стола.

- Где ты, черт побери, была? - Потребовала ответа Шугар, все еще взвинченная донельзя.

Цезарина, лежавшая в своем укрытии под кухонным столом, поднялась на ноги, размахивая хвостом. Она потянулась, зевнула, а затем неторопливо подошла к Крикет, чтобы та почесала ей за ушами.

- Иисусе! Что с ней случилось? - Спросила она, глядя на обритую шею собаки и наложенные на порезы швы. Кожу Цезарины покрывали пятна желтого антисептика и засохшая кровь. - Она проиграла в драке с гризли?

- Не знаю. Это было так странно. Я утром выпустила ее на улицу, а вернулась она вся порезанная, сопящая и пыхтящая, и до смерти напуганная, что, как ты знаешь, совсем не похоже на Цезарину. Я отвезла ее в скорую ветеринарную помощь, где мне сказали, что ей повезло... Я думала, может, она подралась с опоссумом или с енотом, но ветеринар сказала, что порезы, похоже, нанесены каким-то лезвием, и посмотрела на меня так, будто мне нравится рано по утрам кромсать и резать свою собаку. Она предположила, что Цезарина нарвалась на что-то ядовитое, и поэтому словно задыхалась как при аллергии или вроде того. О, черт, ветеринар сама не знала.

- Они все там шарлатаны, - сказала Крикет, поглаживая собаку по голове.

- Так или иначе, она жива, и, несмотря на то, что выглядит жутко, находится в довольно хорошей форме.

И все же это было странно. Телефонный звонок, нападение на собаку... Шугар была испугана.

- Итак, - сказала она, возвращаясь к предмету, которого избегала Крикет. - Где ты была?

- Какое тебе дело? - Волосам девушки требовалась расческа, макияж был в жутком состоянии, а на ее крестьянской блузе была пара пятен. Край татуировки выглядывал из-под пояса обтягивающих бедра джинсов, которые нуждались во встрече лицом к лицу с целым ковшом «Тайда». Когда Крикет потянулась, в пупке ее плоского живота блеснуло кольцо.