Читаем Ночь империи полностью

Мнимое отсутствие слежки быстро стало очевидным: Самаэль затылком чувствовал чей-то взгляд. Смысла вертеться по сторонам в попытке высмотреть стороннего наблюдателя не было – этот кто-то прятался в тенях и создавал ощущение, будто смотрели стены, а не что-то живое. Кто-то из подмастерьев, не иначе. Странным было бы ждать от Короля богов и его родни абсолютного доверия.

– Идём,– вернувшаяся Санбика мельком взглянула на его ноги, как если бы сомневалась, что тави сдержит слово и будет ходить босиком.– Можете гордиться – мало кому доводилось побывать в покоях одного из Первородных.

– Это не то, чем стоит гордиться.

Он искренне надеялся, что произнёс это достаточно тихо, чтобы остаться неуслышанным, но в этой семейке острый слух был у всех поголовно. Женщина одарила его неприветливым взглядом и, оскорблённо хмыкнув, пошла дальше.

Надолго её возвышенное молчание не затянулось.

– Полагаю, нет смысла спрашивать, верующий ли Вы.

– Полагаю, нет.– Отозвался Самаэль, с деланным интересом осматривавший узоры из белого золота и стекла, тянувшиеся вдоль стен.– Растили меня не так, да и жизнь не располагает к подобной чепухе.

– Военных к нам много заходит, чтобы Вы знали,– Санбика поумерила спесь, но раздражение в её голосе все ещё слышалось.

– Отставных военных,– многозначительно пригрозил пальцем тави.– Я трижды герой империи, сударыня, выиграл много битв и видел достаточно. Ни в одном сражении ваш брат мне не помогал, а вот тактика, стратегия и силы сотен и тысяч солдат – да.

– Откуда же Вам знать, что Вам не помогали?

– Потому что, если Вы и помогаете, то потом кричите об этом на каждом углу,– ласково усмехнулся Самаэль.– Поэтому я, к примеру, могу упомнить каждый раз, когда Его Высокопревосходительство оказывал мне поддержку или думал, что помогает, на деле портя мою жизнь больше прежнего.

– Он всем нам попортил жизнь,– тихо вздохнула Санбика, сцепив руки в замок на уровне пояса.– Но я считаю, что остальные все ещё преувеличивают, когда считают его монстром, недостойным нормального отношения.

Самаэль взглянул на неё, пытаясь найти в прозвучавших словах хотя бы намёк на подвох, но Первородная была искренней. После такого можно было не удивляться, если она скажет, что и правление старшего в столице считает легитимным от начала и до конца.

Сам тави не готов был в следующую секунду бежать обратно в Лайет и убеждать простой люд, что Айорг и появляться во дворце в своё время не должен был, однако, и в абсолютную случайность его восхождения на трон не верил.

Мортем Жестокий был правителем слишком умным и расчётливым, чтобы в посмертном указе поставить кого-то, кто просто был с ним несколько лет до смерти знаком и приглянулся характером. Хоть иди к какой-нибудь ведунье, да проси её заглянуть на ту сторону, чтобы спросить у правителя, что решил натворить под конец жизни.

С другой стороны, валакх не лежал у них на руках кучкой пепла, не принятый Венцом, а это что-то, да значило. Тех, кто править был недостоин, главная регалия сжигала заживо. Такой уж её создали в древние времена, потратив на это немало сил и живого металла.

Вынырнув из омута собственных мыслей, Самаэль понял, что его о чём-то спрашивали. Пришлось возвращать всё внимание обратно Первородной и извиняться за то, что не слушал предыдущие пару минут. Ждал чего угодно, вплоть до предложения подумать ещё раз как следует над обращением в веру, но Санбика обрушила все ожидания: ей была интересна жизнь в столице.

Судя по тому, что она повторила вопрос в третий раз, выражение лица у тави было слишком неясным.

– Как жизнь в столице?– Самаэль почувствовал себя выходцем из Дома Особенных, вынужденный по десять раз переспрашивать одно и то же.– Вы же были там на похоронах, неужели не видели?

– Вы в Пантеоне уже некоторое время,– с едва заметным ехидством ответила Санбика.– Расскажете, как у нас тут?

– Богато,– не сдержал он смешка.

– Так и в столице тоже богато. Дворец местами и нас переплюнет.

Коротко вздохнув, она стала нервно заламывать руки.

– Я лет тридцать в столице не была, чтобы посмотреть, как простой народ живёт. Чем занимаются, чем интересуются.

– Да… Все тем же, что и тридцать лет назад.– Самаэль передёрнул плечами.– Крестьяне в полях, кто позажиточнее – на рынках. Палачи всё так же рубят головы и жгут останки, а за охоту посреди бела дня всё так же сажают в клетку на главной площади.

– Тридцать лет назад не сажали.

– Сажали, дорогая моя, ещё как. Я лично одного за шкирку туда кидал.

Санбика хотела спросить что-то ещё, но, посмотрев в сторону, заметно погрустнела. Взгляд её был направлен на дверь, возле которой женщина и остановилась – они пришли, и о фривольных разговорах стоило на некоторое время забыть.

5.

Проходя по коридору, который ещё не успела изучить, хотя последние несколько дней провела исключительно бродя по Тааффеитовой крепости, Офра слегка поёжилась от холода. Подобное было неестественным в преимущественно жаркой Геенне, но девушка смирилась с тем, что в этой стране все было иначе.